Очень плохая история [litres][A Bad, Bad Thing]

Купер выразительно жестикулировал, выражая досаду, и Ева прониклась к нему сочувствием. В его подаче улики против Фаррелла казались крайне неубедительными, и ее удивило, что полиция так настаивала на обвинении. Но опыт подсказывал, что он явно не все рассказал.

Она поймала его взгляд и спросила:

— Вы думаете, что полиция подогнала улики под свою версию?

— Им нужен был приговор, но никого другого в их поле зрения не попало. Обвинение, естественно, раскручивало мотив ревности. Но, по-моему, никаких особых доказательств они не нашли. Фаррелл совершил пару глупостей: пошел за Джейн в бар, когда она сидела там с другим мужчиной за коктейлем, и устроил сцену. Перебрал с напитками и сказал то, что не должен был говорить. Но никакого насилия с его стороны не было.

— Джейн подавала в полицию официальную жалобу на преследование со стороны Фаррелла.

— Жалоба была взята на контроль, но никаких действий не было предпринято.

— А с чего же он так разозлился?

— Ему казалось, что с ним несправедливо обошлись. Они с Джейн встречались месяца три. Очевидно, она решила, что с ним стало трудно и что пора остудить его пыл.

— Трудно… то есть он стал чрезмерно ревнивым?

— С женской точки зрения, вероятно, да.

Ева уловила горечь в тоне Купера. Скорее всего, это личное.

— Значит, Джейн его бросила?

Купер кивнул:

— Фаррелл говорит, что для него это было как гром среди ясного неба. Вот только что они обсуждали, как будут проводить вместе отпуск, и вдруг она объявила, что не хочет иметь с ним дела.

— Когда это было?

— За несколько месяцев до ее исчезновения.

Нескольких месяцев часто бывает достаточно, чтобы пережить расставание, но от чувств не всегда получается легко отделаться. Бывают люди, у которых влечение перерастает в навязчивую идею и сохраняется годами.

— А ко времени убийства он уже перестал переживать по ее поводу, как вам кажется?

Купер пожал плечами:

— На мой взгляд, он примирился с тем, что она потеряна для него. Как я уже говорил, он начал встречаться с другой женщиной, и, судя по всему, между ними все складывалось хорошо. Я подробно расспрашивал его на этот счет, уверяю вас. Он сказал, что смог переключиться и стал жить дальше. Я ему верю.

Купер говорил решительно, но Ева не была убеждена, что все так и есть на самом деле. Он, без сомнения, знал детали дела лучше, чем кто бы то ни было, к тому же у хороших журналистов развивается нюх на правду и ложь, но, учитывая, столько времени и усилий было затрачено, вполне возможно, что некоторые моменты повлияли на оценку событий с его стороны. Тут трудно сохранить беспристрастность.