Девять месяцев по контракту

Подруга провожает меня до метро и спешно целует в щёку. За опоздания и прогулы шеф вычитывает у неё значительную часть дохода. Когда я скрываюсь в подземке, а Динка убегает в сторону офиса, на душе вновь становится пусто и одиноко. Оказавшись в переполненном вагоне метро, я мечтаю поскорее добраться домой. Заняться готовкой ватрушек вместе с Лизкой, а потом забраться под теплый плед и вместе смотреть мультики.

Выхожу на нужной мне остановке и почти бегом направляюсь в сторону дома. Там моя дочь — моё персональное спасение от душевной боли.

Оказавшись во дворе, немного сбавляю темп. Шагаю по тротуару, поднимаю взгляд на девятый этаж. Осталось совсем немного, и я излечусь.

Резкий скрежет шин за моей спиной заставляет вздрогнуть. Я продолжаю идти и не оборачиваюсь, несмотря на то, что сердце колотится, словно заведенное, а интуиция умоляет повернуться назад.

Слышу несколько коротких сигналов клаксона, но всё равно не останавливаюсь. А затем негромкую ругань, звук закрываемой дверцы и громкий голос Багримова.

— Яна! Подожди.

Сердце делает резкий кувырок в грудной клетке, когда я понимаю, что мне не померещилось — автомобиль за спиной ехал чётко за мной. И сигналил именно мне.

Я поворачиваю голову назад и только подтверждаю свои догадки. Внедорожник Багримова останавливается в пяти метрах от меня, а он сам выходит из машины и направляется в мою сторону. Вот только зачем? Зачем бередить мои раны? Зачем тревожить душу? Я только начала приходить в себя. Начала свыкаться с мыслью, что всё именно, так как должно было быть.

— Добрый день, Яна, — здоровается Багримов.

Лицо серьезное и хмурое, без тени улыбки. Впрочем, это нормальное его состояние.

Мне тут же хочется сбежать от него и скрыться, но я всё равно стою.

— Здравствуйте, Тимур, — отвечаю, как можно спокойнее. — У Вас что-то срочное? Меня дочь дома ждёт.

— Я поговорить хотел, — сует руки в карманы брюк и пристально смотрит на меня своими чёрными глазищами. — И сделать одно денежное предложение.