Дерзкий

Ну а тут-то… Другая, как бы ситуация… Да?

Но в любом случае, подробнее узнать о самой системе, в которой явно варится Маша, стоит. Чтоб понимать, что делать.

В тот день я у Машиного дома провел часа два, разглядывал окна и, честно говоря, ждал, что откроется дверь и она вылетит с сумкой наперевес.

Но дождался только явления ее лысого гоблина.

Он спокойно вошел в подъезд, не выглядя сколько-нибудь встревоженным.

Значит, Маша его паническим звонком ниоткуда не дернула.

Потом еще посидел, прикидывая, как они себя поведут, если Маша вот прям сейчас расскажет гоблину про то, я ее спалил. По всем прикидкам, должны бы линять очень быстро.

Что я бы делал в этом случае, вообще не думалось.

Поганая ситуация.

Но никто из подъезда не вышел, я еще посидел чуток и поехал домой. Смотреть информацию про подписку о неразглашении.

Само собой, в интернете нихрена нормального не нарылось.

Вроде всего полно, но все какое-то… Невнятное, что ли… Не удалось вычленить главное.

И выход был только один: спрашивать у знающих людей.

Дядя Колян — точно самый знающий.

Вот только как вопросы задать, чтоб не пропалить контору? Дядя Колян запросто стуканет папе Дане, а папа Даня захочет узнать подробней причины моего интереса…

Нафиг. Так-то мне их участие пока без надобности.

А то знаю я их, дядьки они все серьезные, сложные… Сразу в оборот возьмут. И получиться может медвежья услуга для анимешки Маши.

— Так вам должны были этот… — дядя Колян морщится, вспоминая определение, — список литературы…

— Да там книги сороковых годов прошлого века, фигня, через которую не продерешься, — кривлюсь я, — я хотел так, чтоб по простому…

— Да чего по простому-то? — дядя Колян затягивается философски, — ситуации же разные. Неразглашение — это не всегда криминал. Это может быть коммерческая тайна, уровень зарплаты, например…

— Нет, — торможу я его, пока в дебри не залез, — я вот видел в кино, как свидетеля прятали, с него подписку брали…

— Так это защита свидетелей, — усмехается дядя Колян, — у нас нихрена не развита.

— А почему? Свидетелей не надо охранять?

— Надо. А кто будет это делать? У нас, Вадя, есть одно главное слово: бюджет. В нем на это не предусмотрено никаких средств. Это только в боевиках красиво показывают, как паспорта меняют, физиономии, новую биографию дают и прочее. А у нас… Я даже с трудом себе представляю, что должно случиться, чтоб свидетелем так озаботились…

— Ну а например?

— Не знаю, Вадь… Ну, может, если защита сильно заинтересована в свидетеле, его могут прятать на служебной квартире какое-то время. Опять же, сколько? Свидетель один жить не может, надо наблюдение. А это человекочасы. Бабки. День, два, неделя… А суды у нас куда дольше идут. И, например, если под следствием кто-то серьезный, с хорошим адвокатом, то заседания могут откладывать хрен знает насколько. По разным причинам. На год, полтора… И все это время свидетеля караулить? Да кто будет? Нет, это не для нашей страны. И это вообще не по теме доклада твоего, кстати. Подписка — это общее. А защита — частное.