Я тебя рисую

Я повернула голову, взглянула в лицо мужчины за моей спиной. Промолчала, но, думаю, мой взгляд был достаточно красноречив, потому что он усмехнулся.

— Ты решила убить меня взглядом? — с насмешкой спросил он. — Очень страшно.

Я закусила губу, с трудом удерживаясь от того, чтобы не ударить по этому лицу. Желание увидеть в его глазах боль было почти нестерпимым. Только я понимала, что не смогу причинить ее. Он не позволит.

— Ударь, — мягко сказал арманец, не мигая глядя мне в глаза. — Не сдерживайся, дикарка… ударь, — он придвинулся еще ближе, так что я почувствовала его дыхание на своих губах. — Ударь меня, Ева. И я завершу начатое прямо сейчас. Даже не представляешь, как я хочу этого.

Я резко отвернулась, отодвинулась как можно дальше. Линтар положил руку поперек моего живота, притянул к себе.

— Жаль, что ты столь разумна, — так же мягко сказал он. — Впрочем, тебе это все равно не поможет.

Я застыла, не желая понимать, что именно он имеет в виду. Попыталась вывернуться из его рук, но в итоге оказалась прижата к его телу еще крепче. Злые слезы закипели в глазах, мешая мне видеть, и я часто заморгала, пытаясь стряхнуть их. Ни за что не позволю убийце моего отца увидеть меня плачущей. Не позволю…

— Ты сказал, что я подарок, — резко бросила я, не оборачиваясь. — Для кого?

— С чего ты взяла, что можешь задавать вопросы? — лениво отозвался он.

— Я имею право узнать, что со мной будет.

— Разве?

— Да, — сквозь зубы прошипела я, все-таки не сдержавшись. — Ты убил моих близких. Разрушил мою жизнь. Отнял все, что было мне дорого и любимо. Да, арманец. Я имею право знать, что ты приготовил для меня дальше.

Какое-то время он молчал. Я не поворачивала голову, сквозь пелену слез рассматривая синие горы и ущелье, к которому мы приближались.

— Я подарю тебя принцессе Аярне.

Я чуть слышно вздохнула. Не хотела признаваться даже себе, что могу оказаться предназначена для увеселения какого-то арманца.

— Кто она?

— Моя невеста, — последовал спокойный ответ.

Я усмехнулась и повернула голову.

— Надо же, — с такой же насмешкой, как у него, протянула я. — На этой земле есть девушка, которая согласилась стать твоей по доброй воле? Или она тоже под действием какого-то дурмана?

Хотела задеть, но арманец вдруг рассмеялся, блеснув белыми зубами с удлиненными клыками. И наклонился, царапнув ими мне кожу на шее. И провел языком.