Среди огнистых камней

– Ты прекрасна.

Ребенок повернул голову в нашу сторону. Меня тут же пронзила острая боль любви и еще чего-то, что не поддавалось описанию, смесь какого-то восхищения, эйфории. Ее глазки в отблесках света Горга показались мне серыми, как мои, но как у Рауля в них сверкали золотистые искорки в самой глубине. У меня выступили слезы.

– Моя малышка,– сдавленно шепнула я.

Рауль протянул мне руку, и я схватилась за нее.

– Она похожа на тебя, и она прекрасна.

Егор ничего не сказал, он, все еще пораженный необычным зрелищем, смотрел на переплетающийся спектр света.

– Это похоже на пуповину, идущую с луны,– потрясенно пробормотал он.

Мы все были неподвижны, пока на руках Горга, происходило это чудо. Постепенно свечение над девочкой стало ослабевать. Горг глубоко вздохнул, хотя ему это и не было нужно. Очевидно, это был отголосок его человеческой жизни.

– Я чувствую к ней, то же, что и вы. Я… люблю ее,– с волнением произнес он. – Отдайте ее мне. Там билось мое сердце, в ней есть мои цвета – она моя.

– Горг,– осторожно напомнил Рауль,– здесь все наши цвета. Давай не будем делить ее.

– Ты забрал у меня все – Марию, теперь ребенка. У меня ничего нет. Мне больно, Рауль! – закричал внезапно он. – Отдай ее мне.

– Она моя, Горг! – испуганно воскликнула я.

– Я знаю это, Маш-ша, но и моя тоже,– прерывающимся от волнения голосом заявил он.

На его руках девочка начала менять свою радугу света, по-моему, она решила вмешаться в наш нелепый спор. От нее стали исходить лепестки или листочки света, образуя вокруг Горга цветок. Он был серединой диковинного разноцветного цветка, лепестки которого мерцали разными искрами, окутывая свечение Горга. Он молчал, восхищенно к чему-то прислушиваясь. Затем он вздрогнул, как от внезапного толчка и замотал головой, неистово шепча:

– Нет, нет, не надо.

– Горг,– мягко произнес Рауль,– она хочет к Марии. Отдай ее.

– Нет, брат, я не могу вынести это! Мне слишком больно!!!– взревел Горг.

Он вдруг растекся на моих глазах, утрачивая человеческую форму, а затем взлетел вверх, подобно фейерверку. Девочка осталась висеть в воздухе, окутанная собственным сияющим цветком. Она грустно смотрела вслед Горгу и начала плавно, как оторванный осенний листок, опускаться на землю. Егор стоял ближе к ней и отреагировал быстрее. Он подбежал и подхватил ее на руки, пока она не коснулась холодной поверхности. Рауль не смотрел на нас, он сосредоточенно следил за Горгом.

Я подошла к Егору и протянула руку к крохотному личику. Девочка серьезно рассматривала Егора, и в его глазах читалось такое же восхищение, как и у Горга. Он был прикован к ее взгляду и ее сияющим глазкам. Я провела пальцем по нежной щечке, и сразу же привлекла внимание крохи. Ее взгляд был заполнен безграничной любовью, она улыбнулась мне, образовав безупречные ямочки в уголках губ, как у Рауля.