Другая музыка нужна
- Автор: Гидаш Антал
- Серия: Господин Фицек #3
- Год: 1984
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- Переводчик: Агнесса Кун
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Другая музыка нужна». Краткое содержание книги:
…В Кечкемете уже знали, что после полудня состоится публичная казнь дезертира. Огромная толпа окружила вокзал. Осужденный на смертную казнь промаршировал в гонведскую казарму в сопровождении шести конвоиров, отца и Иштвана Фицека. Приехал на автомобиле и защитник Иеремии, военный адвокат, поручик. Еще в Пеште, сразу после приговора, он сообщил Иеремии, что послал телеграмму королю с просьбой о помиловании. Он посоветовал Иеремии положиться на бога и не терять последней надежды. Это сообщение несколько успокоило приговоренного. Но теперь, прибыв в Кечкемет, он все более тревожно спрашивал защитника:
— Нет еще ответа от короля?
— Нет, но он может прибыть.
Пишту Фицека и Понграца-отца не впустили в казарму. Они ожидали у ворот, где выстроились рядовые резервного батальона. Батальон выстроился в две колонны, на расстоянии десяти метров между собой. Здесь и встала, образуя каре, расстреливающая команда. Пришел священник, облачился в церковную одежду и с распятием в руке проследовал в казарму. Несколько минут спустя оттуда вышел приговоренный в сопровождении шести конвоиров с примкнутыми штыками. Их провожал поп с распятием. Командовал капитан.
— Полувзвод, смирно! Полувзвод, на плечо!
Руки Иеремии освободили от наручников. Уже почти обеспамятевшего человека поставили в середину каре. Рядом с ним стал священник. Старший надзиратель из Пешта доложил военному прокурору, что приговоренный передан экзекуторам.
«Конвой, вольно!» — послышалась команда, и конвоиры, привезшие приговоренного из Пешта, бросились в казарму, быстро сложили оружие и торопливо вышли, стараясь бегом нагнать расстреливающую команду.
Длинная колонна во главе с капитаном и с расстреливающей командой направилась в Рудольфовскую кавалерийскую казарму. Идти нужно было около километра. Бледное лицо Иеремии стало огненно-красного цвета. Он то и дело поглядывал на отца, еще чаще на Пишту, и взгляд его говорил: «Неужто вы позволите меня убить?..»
Процессия завернула к кавалерийской казарме. В самом конце двора вокруг открытого манежа собралось уже около тысячи солдат — весь Кечкеметский гарнизон. На огромном пустыре солдатская процессия образовала громадный четырехугольник. Посередине встали четыре солдата. Им надлежало привести приговор в исполнение.
Подписали протокол. Зазвучали трубы: «Смирно! Смирно!» Военный прокурор прочел приговор. Его зычный голос слышен был и тем солдатам, что стояли совсем далеко:
— «От имени его величества короля! Иеремию Понграца, уроженца Олайоша, вероисповедания католического, подмастерья маляра, солдата 30-го гонведского пехотного полка, который раненым дезертировал, будапештский военный трибунал признал виновным. На основании 194-го параграфа военного уголовного кодекса он приговаривается к расстрелу». Господин капитан, — обратился прокурор к командиру полувзвода, — передаю вам приговоренного.
Раскрылось каре расстреливающей команды.
Иеремия, растерянный, озирался вокруг: столько народу, столько солдат! Он искал глазами поручика-адвоката, отца, Пишту. Где они?..
— Есть у вас какое-нибудь желание? — тихо обратился к нему командир полувзвода.
Иеремия утер вспотевший лоб. Он понял вдруг, что настал его последний час. Парень всхлипнул и, умоляюще сложив руки, закричал, обращаясь к капитану:
— Только не расстреливайте, пожалуйста!.. Я все сделаю… Я буду вести себя хорошо…
— Какое у вас последнее желание? — еще тише повторил капитан.
— Господин капитан, — проговорил Иеремия, уже рыдая. — Пожалуйста, не расстреливайте меня, я честно буду служить.
— Кто тебе завяжет глаза?
Иеремия стоял, с мольбой сложив руки, смотрел на капитана и не отвечал.
— Я спрашиваю, — повторил капитан, — нет ли у тебя здесь близкого человека, который завязал бы тебе глаза?
— Иштван Фицек, — промолвил Иеремия.
Крикнули Пишту. Он подошел. Иеремия обнял его и, уже совсем видно обезумев, шепнул:
— Пишта, скажи королю… Ты ведь ковал ему орлов…
В эту страшную минуту бедный Иеремия вспомнил давние россказни Пишты о двуглавых и восемнадцатиглавых орлах и потому, очевидно, позвал не отца, не адвоката, а Пишту.
— Скажи королю…
Пишту оттащили. Священник поднес распятие к губам Иеремии. Парень вцепился в него зубами так, что пришлось силой выдергивать распятие.
— На колени! — крикнул капитан.