Дочь Вороньего Короля

— Здравствуй, Паллидий, — Игнис попыталась встать, чтобы поприветствовать товарища, как оно того заслуживало, но даже попытка сесть с треском провалилась.

— Вашему высочеству не следует напрягаться, — сухой чуть надтреснутый голос сковывающего напоминал скрип пилы по камню. Тупой пилы по очень крепкому камню. — Вы перенапряглись, создав огненный смерч, хотя я должен сказать, что разрушительная мощь этого заклинания впечатляет.

— Я была не одна. Тар… — Она тотчас же поправилась. — Его высочество Таривас Вентис помог мне своей магией воздуха, в одиночку я бы не смогла сотворить Огненный Шторм.

— Жаль, — Паллидий обернулся к ней. — А я-то думал, что вы уже превзошли мое Черное Пламя.

Игнис не смогла сдержать улыбку и сняла маску. С Паллидием — ее другом детства и лучшим учеником Корвуса — девушку связывала давняя дружба, и он был одним из немногих людей, кому огнерожденная не боялась открыть лицо.

То, что сейчас барон обращался к ней на «вы» и с использованием титула говорило ровно об одном — командующий экспедиционного корпуса Волукрима не просто зол, нет, он в крайней стадии бешенства, которое у иных могло выражаться в воплях, топанье ногами и рукоприкладстве.

— Ну что ты, мне еще десять лет надо практиковаться до того, как я хотя бы подберусь к мощи этого заклинания, — примирительно улыбнулась она.

Тут Игнис не кривила душой — Черное Пламя Паллидия — его шедевр и сильнейшее оружие — являлось артефактом третьего уровня погружения, способным призывать огонь, соперничающий по разрушительной мощи с ее собственным. В качестве основы этот талантливый чародей использовал куски обсидиана, которые ему доставляли из многочисленных спящих вулканов на севере Волукрима. Дальше он преобразовывал эти куски и каким-то совершенно фантастическим образом, и на выходе получал одноразовое заклинание кошмарной разрушительной силы, упакованное в небольшой гладко отшлифованный шарик. Лишь немногие сковывающие были способны создавать артефакты массового поражения, и Паллидий — этот гений — входил в их число.

«Будь у него побольше подобных артефактов, он бы, наверное, мог в одиночку разобраться со всей армией изначальных», — подумала девушка.

Увы, но на подготовку одного заклинания уходило до восьми месяцев тяжелой и кропотливой работы, а потому, насколько знала Игнис, сейчас в арсенале Паллидия не могло быть больше шести артефактов этого типа. Возможно, меньше.

В детстве она сильно завидовала талантливому юноше, чей огонь горел куда жарче, нежели ее собственный, и постоянно пыталась превзойти его. Их соревнования неизменно собирали огромную аудиторию и изрядно веселили всех обитателей дворца. Со временем противостояние переросло в настоящую дружбу, но время от времени Игнис ловила себя на мысли: «В этот раз я обязательно создам пламя мощнее, чем у него».

Судя по всему, подобные мысли посещали и Паллидия, потому как он с завидной регулярностью усиливал это свое заклинание, высвобождая все новые и новые запасы мощи там, где, казалось бы, ей и взяться неоткуда.