Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921

Около 9 часов утра красные тремя колоннами вошли в город и, начав продвигаться в нашу сторону, заняли Ново-Андреевку. Группе Морозова и 3-му полку приказано было отходить назад: они добрались уже было до ст. Камышеватки. После того как мы вышли из этого окружавшего нас полукольца, дивизии Барбовича и Бабиева были посланы в Копани. Двух дивизий оказалось слишком много, так один Бабиев выбил оттуда красных, захватив 800 пленных. Два полка его, увлекшись преследованием, продвинулись на 80 верст оттуда. Часов в 15 красные были выбиты из Ново-Андреевки, причем 1-й наш полк захватил 150 пленных. Около 17 часов вошли туда и мы, причем нас красные основательно обложили шрапнелью, когда мы уже остановились в деревне (меня чуть не угробили стаканом, который пролетел в 11/2–2 вершках над головой).

Пройдя из Копани через Ново-Андреевку, кавалерия Барбовича пошла влево на ст. Жеребец; нам было приказано ночью атаковать город. В 22 часу батареи (наша и 4-я) вместе со 2-м полком выступили по направлению на Орехов. Батарея шла в 200 саженях за цепью. Около 22 с половиной наши уже ворвались в город после короткой, сильной перестрелки. У нас в батарее ранен пулеметчик Кирилов. С криками «ура» 2-й батальон 2‐го полка бросился на автоброневик противника, появившийся в улице. Орехов и Преображенка к 11 с половиной были очищены от красных. С полчаса после этого бронепоезд красных крыл тяжелыми по городу. Как выяснилось, красные успели вывезти оставленный нами аэроплан, разобрав его по частям. Почему наши этого не сделали, не знаю.

15.07.1920. С утра бронепоезд красных открыл немилосердную стрельбу по городу, а часам к 11 обозначилось наступление противника, причем в момент они успели занять юго-восточную окраину Преображенского. Три орудия батареи стали сзади села, а 4-я пушка пошла со 2-м батальоном вышибать красных с опушки села (пушка наша имела специальную задачу бороться с бронеавтомобилем). Первоначально орудие стало на улице у последнего поворота (выдвинуться дальше из-за пулеметного огня бронеавтомобиля было мудрено). В направлении улицы мы сделали только два выстрела, после чего пехота выдвинулась на окраину села. Вскоре вправо на участке 1‐го полка начал разыгрываться основательный бой. При поддержке бронеавтомобиля красные чуть ли не бегом приближались к станции. Я поехал к командиру батареи выяснить обстановку, так как в данный момент красные находились уже справа и сзади нас, но сейчас же 1-й полк перешел в контратаку и отбросил их версты на две от станции. Пока это всё происходило, 2-й батальон 2‐го полка отошел от опушки и остановился на линии нашего орудия, которое мы поставили во двор и начали стрелять по бронеавтомобилю и цепям, действовавшим против 1‐го полка. 2-м батальоном 1‐го полка было приказано пройти за буграми и атаковать М. Токмачку, а один батальон остался на станции. Таким образом, между 1-м полком и правым флангом 2‐го образовался прорыв. Нам снова было приказано занять опушку села, что мы и сделали часам к 16. Третье орудие в это время тоже отделилось от батареи и пошло влево вперед. Двигались наши пушки шагах в 300 от цепей и остановились почти у самой опушки. Здесь в продолжение получаса красные основательно обложили нас шрапнелью, причем некоторые разрывы приходились прямо по орудию. В момент переезда на это место обнаружилось исчезновение ездового нашего орудия Русакова, который пошел в сад за яблоками и не вернулся. Взят он был в плен под Хорлами. Возможно, что он перебежал к красным, но весьма вероятно, что его в саду могли сильно ранить или убить, потому что это место обстреливалось ружейным и артиллерийским огнем в достаточной мере.