Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг
- Автор: Мегорский Борис Вадимович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Яуза: Эксмо
- ISBN: 978-5-04-155522-1
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг». Краткое содержание книги:
«Чрез взятие сего города Санкт-Питербурху конечное безопасение получено» – так Петр Великий прокомментировал взятие русскими войсками Выборга в 1710 г. Всего же за продолжавшуюся 21 год войну России со Швецией насчитывается около семидесяти осадных операций, ведь захват и оборона крепостей составляли значительную часть военного дела начала XVIII столетия. Книга Бориса Мегорского посвящена этой типичной для своего времени, но малоизвестной сегодня стороне боевых действий эпохи Петра I.
При описании осадной войны автор обращает внимание на вопросы повседневности, рутинные задачи, воинские традиции и обычаи, поведение в боевой обстановке. Важное место в книге, написанной на большом массиве опубликованных и архивных источников, как отечественных, так и иностранных, уделено вовлеченному в войну мирному населению, рассказано о тактике выжженной земли, об эвакуации и сожжении городов. Яркую характеристику эпохи дают неписанные законы и обычаи войны относительно сдачи городов, ведения переговоров, соблюдения договоренностей, права добычи или практики личного плена. Выходя за рамки крепостной войны, книга повествует также о штурмах либо защите малых и полевых фортификационных сооружений. Наряду с крупными осадами и полевыми сражениями они составляли значительную долю в опыте армий-участников Северной войны 1700—1721 гг.
В частности, по «репорту от дивизии господина генерала от пехоты, господина фон-Аларта» от 19 июля 1708 г. можно представить размеренную жизнь военного лагеря в Горках, где от полков наряжаются партии, в условленных местах собираются материалы, а работами руководят артиллерийские офицеры. «… 6. Чтоб завтра после побутки из дивизии господина фельтмаршалка отнесли в слободку 500 фашин, 150 туров и дожидалис бы у церкви полковника Гинтера и что он поковник прикажет то бы и делали. 7. Чтоб з дивизией господина генерала князя Репнина и господина генерала фон-Аларта были б в готовности перед знаменным караулом с каждого полку по тридцати человек и куцы их полковник Голонт пошлет носить фашины туда б и носили. 8. Чтобы со всякой дивизии были б на работу б кумандрованных доброй капитан порутчик, подпорутчик и к тому надлежащие ундер-афицеры и урядники, три барабанщика, сто пятьдесят редовых салдат с топорами без ружья мосты мостить где указано от господина фон-Аларта; збиратца у Московского полку и у той работы быть маеорам безпременно покамест та работа кончитца, а мосты мостить добрые, чтоб можно по ним итти ломовым пушкам, а брать на те мосты пустые избы и овины»[1964]. Вероятно, далеко не всегда войска беспокоились о сохранности обывательских построек, но в данном случае приказ предписывает разбирать на стройматериалы лишь нежилые строения.
Помимо солдат, к работам привлекали и нестроевых чинов. О такой разнарядке Яков Брюс писал из обоза под Полтавой Ефиму Зыбину 19 мая 1709 г.: «Приказал его светлость господин генерал князь Меншиков, дабы со всех офицерских денщиков и людей их собрать от пяти по четыре человека. И вы також прикажите по оному от себя и дворянам с числа людей их и денщиков взяв сказки, что при них ныне обретаются, собрать и прислать ко мне сего числа немедленно с лопатками, а быть им на работе транжамента с поля» [1965].
Ежедневные приказы по Семеновскому полку за июнь 1709 года – когда русская армия активно строила шанцы в попытках снять осаду с Полтавы – также позволяют увидеть, пусть лишь отчасти, повседневную жизнь занятых шанцевыми работами войск: 1 июня «туров и фашин на роты сделать против прежнего»; 9 июня «квартермистру Кнутову отдать на второй батальон железные лопатки»; 10 июня «туров и фашин не делать»; 11 июня «сделать на роту по большой рогатке и по одному туру, на каждого человека по фашине… Подать ведомость: лопатки железные все-ль целы и нет-ли ломаных? Сделать на роту по двадцати лопаток деревянных, как-бы можно с собою возить»; 14 июня «кирки и железные лопатки присадить на черенья и деревянные раздать по рукам»; 17 июня «по три тура на роту сделать малых, да по большому, да на каждого человека по фашине»; 22 июня «сделать сего числа по фашине на человека, а утре – по две»; 23 июня «подать ведомость: фашины все-ли сделаны? И вновь сделать по одной фашине»; 24 июня «сделать на человека по фашине»; 25 июня «к походу быть в готовности; взять с собою хлеба на сутки, да на каждого человека по фашине; кирки и лопаты взять все с собою-ж»[1966].
Приведенные примеры относятся, без сомнения, к относительно благополучному и спокойному состоянию армии, хорошо защищенной и снабженной. У «Летописца 1700 года» мы находим неожиданное описание случая, когда под Нарвой воинам пришлось окапываться буквально в панике и подручными средствами, «…во время великаго бою, иже с такого страшного приступу землею линию называли [очевидно, нарывали или насыпали. – Б. М.] еще же и городки сами лесом заплетали, без лопат руками землею насыпали, против того врагов на приступ к себе ожидали и тако до глубокой нощи в труде напрасном пребывали»[1967]. По-видимому, речь идет о моменте, когда дворянская конница Шереметева, введеная с поля внутрь укрепленных линий, после прорыва шведов попыталась огородиться на своем участке позиции (который так и не был атакован).
Распространенным подходом к защите позиции, как уже упоминалось, было строительство непрерывной линии от фланга до фланга. Частным примером был циркумвалацион, однако и вдалеке от крепостей линии возводили либо на поле сражения либо на предполагаемом пути неприятеля. Так, петровские войска построили линии в 1704 г. для надежного блокирования крепости Нарвы со стороны Ревеля, откуда гарнизон только и мог получить помощь. Идея принадлежала новоназначенному главнокомандующему Огильви – первую линию он велел построить силами драгун в шести немецких милях от Нарвы, а вторую линию силами 8000 человек «пионоров или работных» в трех милях [1968]. Последняя линия была построена на расстоянии около 20 верст от Нарвы по Ревельскому тракту, она шла по Вайваровским возвышениям от моря на севере до болота у Ампфере на юге. Шесть драгунских полков Карла Ренне были отправлены для рытья окопов 5 июля, 4 августа их сменили девять полков Б.П. Шереметева (драгунам, кроме мортирщиков, не было дела в осаде и штурме) [1969]. Ласковский, ссылаясь на Бутурлина, предполагает, что эта линия имела протяженность 6 верст, но ему не удалось обнаружить более подробных сведений[1970]. Поскольку шведский генерал Шлиппенбах не имел сил для оказания помощи Нарве, а свежего сикурса из-за моря, как в 1700 г., к шведам не пришло, построенные драгунами линии так и не были атакованы. Шведы их пересекли в ином направлении и при иных обстоятельствах – в конце августа сдавшийся шведский гарнизон Ивангорода уходил к Ревелю, и один из офицеров заметил, что русские укрепили проходы у Pihaseggi и Silaneggi с таким искусством, что преодолевать их было бы крайне сложно [1971]. Сегодня на восточной окраине г. Силламяе между таллинской трассой и побережьем можно увидеть остатки той линии – вал и ров отчетливо читаются на рельефе, а на спутниковых снимках хорошо видна линия с несколькими обращенными на запад реданами и бастионами. Надо отметить, что идея была вполне в духе времени. В 1708 г. Евгений Савойский вел осаду французского Лилля, а герцог Мальборо прикрывал союзника своей обсервационной армией; не полагаясь на маневр, герцог перерыл проходы окопами настолько сильными, что французы не решились их атаковать [1972].
1964
Труды РВИО. Т. 1. С. 119.
1965
Там же. Т. 3. С. 172.
1966
Архив кн. Ф.А. Куракина. Кн. 3. СПб., 1892. СС. 104–121.
1967
Летописец 1700 года. С. 146.
1968
Краткая возвестительная выписка об осаде Нарвы // Походный журнал 1704 года. СПб., 1854. СС. 116–117.
1969
Волынский. Кн. 1. СС. 286, 295–296.
1970
Ласковский. Т. 2. С. 240.
1971
Adlerfeld. Vol. 2. Р. 26.
1972
Falkner J. Marlborough’s Sieges. P. 142.