Лобановский

Работавший с Щербицким секретарь ЦК КПУ Яков Погребняк рассказывал украинскому еженедельнику «Футбол», как однажды, когда Погребняк был первым секретарём обкома в Ивано-Франковске, Владимир Васильевич приезжал вручать области орден и вдруг попросил Погребняка сделать перерыв в торжественной части. «Я, — говорит Погребняк, — не понял зачем, но сделал. Владимир Васильевич вышел и отправился, уже не помню, то ли по телевизору смотреть, то ли по радиоприёмнику слушать репортаж о матче “Динамо”. Послушал и довольный (“Динамо” тогда, кажется, выиграло) вернулся на своё место».

Леонид Кравчук, возглавлявший в ЦК КПУ партийную организацию, пришёл однажды в кабинет Щербицкого (тот вызвал его, чтобы сдать партийные взносы и проставить в партбилете штамп и подпись). «Захожу в кабинет, — вспоминает Кравчук, — вижу: стоит первый секретарь у телевизора, по которому идёт трансляция какого-то матча. Глаза горят, нога отведена для удара, мелко подрагивает... Он фактически играл в футбол! Я встал скромно в угол, Щербицкий на меня ноль внимания. Постояли мы минут десять, закончился первый тайм, и вдруг он меня замечает: “А ты что тут делаешь?” — “Так вы же пригласили!” — “Извини...”».

Борис Воскресенский утверждает, что «никто футболом из ЦК так, как описывают, не занимался». И напрасно, по его мнению, говорят «если бы не Щербицкий...». Базилевич с этим утверждением не согласен: «Хотя о роли компартии сейчас речь ведут только в негативном плане, должен заметить, что без помощи ЦК, снявшего массу проблем, мы самостоятельно вряд ли справились бы».

На первой после возвращения из Кувейта большой пресс-конференции Лобановский привёл пример одной из публикаций о команде в довольно солидной газете, где, с его точки зрения, было «всё искажено». Речь шла о том периоде, когда первым человеком на Украине был Щербицкий, который так любил команду, что для неё якобы «всё делалось». «Да ничего не делали вообще! — воскликнул Лобановский. — Кроме квартир и машин. Больше не было ничего. Да, старались делать всё, что можно было. А что было можно? Можно было, повторяю, дать квартиру и машину. Больше ничего нельзя было». И обратил внимание репортёров на то, что говорит так, сравнивая те времена с нынешними: «Вы же понимаете, что изменилась система. Уже живём в совершенно другом государстве, где никто ничего не запрещает. Если есть возможности. И я считаю, что клуб “Динамо” (Киев) и его руководители делают всё, чтобы игроки не думали о каких-то житейских проблемах, а только о футболе. Им созданы абсолютно все условия! Для того чтобы они были не ремесленниками, а творческими людьми, которые бы пытались расти вместе с командой и каждый в отдельности».