Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

В феврале 1711 г. к Крынкской слободе недалеко от Таганрога подошел передовой отряд кубанцев и некрасовцев; они потребовали от атамана и жителей провиант и обещали не атаковать слободу и уйти прочь. Казаки оказали сопротивление, и перестрелка из луков и ружей длилась четыре часа. На следующий день слободу окружило большое войско кубанцев с калмыками, и начался «великий приступ». Атаман слободы Иван Калаберда с 70 казаками отстреливался из-за палисада в течение трех часов. Кубанские татары, потеряв около 80 человек, были вынуждены отступить; они довольствовались поджогом расположенной рядом мельницы и грабежом бахчей [1938].

В марте драматичные события развернулись вокруг Белой Церкви – города, который формально входил в состав Речи Посполитой, но с 1702 г. был центром казацкого антипольского восстания под руководством Семена Палея, а затем контролировался царским гарнизоном. Эта крепость представляла собой обнесенный невысоким частоколом нижний город и верхний город с сильным замком из нескольких бастионов. В ночь с 25 на 26 марта 1711 г. к Белой Церкви подступило объединенное войско Буджакской татарской орды, казаков Орлика и поляков киевского воеводы Потоцкого, при которых в качестве наставников состояло 40 шведских офицеров. Внезапным нападением они вошли в нижний город и начали возводить шанцы для атаки на замок, для чего привезли с собой на возах множество фашин. С валов был открыт огонь из 36 пушек, а в четвертом часу ночи комендант отправил на вылазку два отряда по 200 гренадер и солдат, вооруженных гранатами, а также резерв из 100 человек; к солдатам присоединились и казаки Белоцерковского полка. Выйдя из замка, отряд под командованием майора подошел к шанцам, сделал по работающим залп, забросал их гранатами, а затем ружейным огнем, гранатами и штыками гнал через весь город до Фастовских ворот. Вскоре осаждающие вернулись, подвезли пушки и с их поддержкой возобновили атаку. Тогда отряд прежнего состава повторил вылазку теми же средствами и с тем же результатом: «Неприятели… не выдержали и побежали все на утек, а наши по них, как стрелбою, так и метанием гранат, без умолку действовали, и гранаты на них метали непрестанно, и выбили их за город, побив из них неприятелей доволное ж число». Татарская и польская конница въехали было в нижний город, но были выбиты огнем пехоты и крепостных пушек, после чего «неприятели, видя над собою несчастие, со многим своим упадком и стыдом, от Белой Церкви отступили и пошли трактом мимо Перепитихи к Хвастову»[1939]. Потери защитников составили всего восемь раненых и, что особенно важно для войн с татарами, ни одного пленного; урон нападающих комендант оценил более чем в тысячу человек. Несколькими месяцами позднее описанных событий в Белой Церкви побывал датский посланник Юст Юль, который осмотрел крепость и узнал от ее коменданта, бригадира Григория Ивановича Анненкова, о подробностях того боя. Храброму гарнизону в качестве трофеев достались восемь знамен и четырнадцать татарских четырехугольных значков из черной камки. Из этой истории Юль сделал вывод о качестве татарского войска: «Многие тысячи их прогнаны пятьюстами человек, что впрочем не удивительно, ибо татары большею частью вооружены одними копьями и саблями; у иных есть лук и стрелы, и лишь у немногих хорошее огнестрельное оружие»[1940]. Тем не менее, орда представляла собой вполне серьезную силу, которой покорялись крепости.