Эпоха возрождения

— М-мм, в пижаме, вся–такая домашняя, уютная. Еще и пижама, наверное, с кроликами. Это стоит того, чтобы увидеть, — я жму на переключение связи на видео.

— Пижама с котиками, но ты её не увидишь, — на том конце не подтверждают переключение. Кто бы сомневался, но я был бы не я, если бы не попробовал.

— Тарр, ты можешь быть серьезным?

— Нет, пока не увижу подтверждение или опровержение своих слов.

— Я же сказала, пижама с котиками, — собеседница включила режим «блондинки». — Тарр, я посмотрела на пещеру и тоже не поняла, что это — данж, необычная или квестовая локация? Об агромобах в «яслях» я тоже никогда не слышала. Ещё раз хочу у тебя уточнить, так как это ты нашёл локацию. Эту инфу можно продать, но особо на большую сумму я бы не рассчитывала, лока в яслях, вот если бы была на большой земле, тогда да.

— Элис, а что ты всегда про деньги вспоминаешь? Я же говорил уже, мне пока интересна именно игра. Если тебе это так важно, можешь продавать инфу, а я дальше пойду рыбачить, — в моём голосе послышались нотки обиды. Сам этого не ожидал.

— Тарр, мой опыт игры подсказывает, что лучше подобные вопросы решить на «берегу». Мне самой любопытно сходить в эту пещеру. И, если этот вопрос мы выяснили, перед тем, как начать подготовку, проясним другой. Тебе нужна положительная репутация с нипами? От этого зависит скорость подготовки к прохождению пещеры.

— от тут мне трудно тебе что–то ответить вразумительно. Да, я читал, что положительная репутация очень важна, но могу и пожертвовать ею, потом наберу.

— Нет, ничем мы жертвовать не будем, пока её можно легко набрать, надо набирать. Сейчас бежишь в слободу, в сельсовете берешь первый квест на кроликов. Как возьмёшь, иди к околице, там и встретимся.

— Хорошо, до встречи на околице.

Я стою перед резным крыльцом двухэтажного здания с говорящей вывеской «Сельсовет». Вот только как–то на здание сельсовета, в привычном мне понимании, оно мало похоже, скорее уж на крепость последней надежды. Каменное, с бойницами вместо окон, с машикули и зубцами по периметру крыши, этакий маленький, но очень крепкий орешек. На крыльце рядом с открытой массивной обитой железом дверью стоял облачённый в полный доспех а-ля русский витязь, часовой, крепкий еще, весь седой, как лунь, старик–ветеран. Глядишь на него и понимаешь, тут тебе не там, а ветеранская слобода. Только не понятно, почему тогда сельсовет, а не штаб? Войдя в здание, я практически сразу увидел перед собой дверь с табличкой «приёмная», в которую один за другим зашли два игрока, внешним видом от меня практически не отличающихся. Кроме этой двери ничего больше в небольшой рекреации перед нею и не было, одни глухие стены. Получается, через парадный вход только в приёмную и попадешь, а парадный ли это вход? Мне ничего не оставалось, как пройти в единственную дверь, хотя вовсе не улыбалось толпится с другими игроками. Каково же было моё удивление, когда, открыв её, увидел, что в этой самой приёмной кроме трёх нипов, сидящих за столами, никого нет. Тут что, по принципу индивидуального данжа, когда сколько бы игроков не вошло, каждый попадает в индивидуальное пространство? Только я перешагнул порог, как чиновник, сидящий за крайним правым, ближайшим ко мне столом, одетый в какой–то выверт дизайнерской мысли, демонстрирующий фентезийного ветерана на официальной должности, оторвал взгляд от стопки бумаг и, улыбнувшись, заговорил: