Правосудие чувств

– Игорь, а еще он носил такие красивые костюмы, мне тоже захотелось хоть один такой иметь.

– Может у него был какой то шрам или родинка?

– Нет. У него была такая мягкая кожа и он не был таким бледным как я. – В голосе послышалась обида.

Аристарх остановился, на лавочке лежал мужчина повернутый к нему спиной. Одетый как обычный бездомный, тело поднималось и опускалось, а если прислушаться, то слышен был протяжный вздох. Детективу припомнился давний случай, более чем десять лет тому назад. Это кажется было в Польше. Столько стран испробовал на вкус, уже и не понять где точно находишься. Тогда он также само гулял парком, но погода была более мрачная, заканчивалась осень, а снега еще не было. Наблюдал за людьми, детьми, и остановился, заметив бледного мужчину сидящего на скамейке. Одет был весьма прилично, в серый костюм, только рубашка не была заправлена в брюки, свалившаяся голова на грудь, в руках недоеденная булочка, в уголке рта засохшая кровь. Точно бы прошел мимо, если бы не эта темно-красная линия в левом углу рта. Люди не обращали внимания на мужчину, нужна ли ему помощь, просто проходили мимо, даже не удостоив взгляда. Недалеко сошлись три мамы с детьми, которые залезли играть в мокрую песочницу. Еще до сих пор помнится сырой, влажный воздух на небритых щеках, шершавый воротник старого пальто в которое закутался и пошел на встречу мужчине. Подходя ближе досадовал, что снова закончились сигареты, их как всегда нет под рукой в нужный момент. Но когда же он не хочет курить то? Приблизился так близко к лицу, что уже не было чего сомневаться, что перед ним труп. Какая то тишина возникла вокруг и через секунду всплеск. Все шло своим чередом, это он от осознания своего открытия застыл, подавляя тошноту. Наверное тогда впервые появилось это чувство – отвращения, гнева, даже возможно обиды. Как будто валяешься в грязи, варишься в котловане, а выбраться не можешь как бы не старался. Но вместе с этим всем, на фоне этого всего, он открыл в себе другое чувство, что в дальнейшем так помогало в расследовании. Возможно из-за него он заделался детективом. Хотел звонить своим коллегам, но что-то его остановило, что-то подсказывало, что надо поднять рубашку, надо это сделать. Последовав внутреннему голосу, так и сделал, но через секунду пожалел. Ужас, адреналин, это было похоже до того, как смотришь хороший ужастик, накал до предела, ты всматриваешься в экран, ожидая какое то чудовище и в тоже время страх подсказывает закрыть глаза, но они таращатся, чтобы удостоверится, правдива ли интуиция. Тонкие пальцы подняли голубую ткань и тут объявилась черная дыра, никаких органов, бледная кожа трупа и черная дыра. Тогда ему подумалось, что такая дыра есть в космосе, и так захотелось, чтобы она засосала этот мир в себя, полностью и целиком, с ним.