Наследство Бабы-Яги

— Пошли в комнату заклинаний. Ты порошки и зелья будешь просматривать и в записях искать для чего они нужны: а я в заклинаниях пороюсь. Время у нас еще есть.

Мальчишки резко подорвались с места и рванули вперед.

— Не то, не то, все не то! — Костя швырнул тетрадь с очередными записями на стол.

— Не психуй, — посоветовал я Кощею, — мы обязательно найдем то, что нужно.

— Целый день уже ищем!

— Значит, и ночь будем искать, только давай кофейка попьем.

— А если он в эту ночь поднимется, что тогда? — запаниковал Костя.

— Не поднимется, — с уверенностью произнес я.

— Понфирий! — позвал я домового, — организуй нам кофейка, пожалуйста, а то мы засыпаем уже и, свяжись с Михеем, домовым знахарки, узнай, она куда собирается сегодня ночью или нет.

Через десять минут мы, не отрываясь от своего занятия, прихлебывали из чашек ароматный бодрящий напиток.

Понфирий получил ответ, что Марья находится дома и уже укладывается спать, чем успокоил нервничающего Кощея.

Ближе к утру бледный, но довольный Костя потряс очередной склянкой.

— Вот, нашел зелье заморозки, не знаю, как на Упыря, но здесь написано, что оно на нежить действует.

— Возьмем с собой, — согласился я.

— А как у тебя?

— Да никак, — досадливо поморщился я.

— Максим, а если не искать заклинание, а самому составить? У тебя же магические силы есть, просто ты должен их в него влить при создании.

— А почему не ты сам?

— У меня только проклятия получаются, — покаянно признался Кощей.

У меня аж глаза засветились в предвкушении.

Я пытался и так и эдак, складывал слова в рифму, вливал в них энергию, не получалось. Я всем своим нутром чувствовал, что чего-то не хватает.

— Эх, вот в книжках фэнтези достается тебе магический дар; пожалуй в академию, а у меня ни пойми что, все самому, все экспериментальным путем постигать надо.

— Так на то ты и хранитель, а не какой-то выдуманный персонаж — ответил Кощей.

Я корпел над тетрадкой, перечеркивая слова, а потом почему-то вспомнил родителей и, в груди защемило от любви, я искренне улыбнулся.

— Да ты прямо весь светишься, — пробормотал Костя, скептически поглядывая в мою сторону, и тут я понял, что делал не так.

Что бы заклинание заработало, нужно было вложить в него не просто магию, а свои эмоции, любовь, вот что мне было нужно, чувство светлой незамутненной ничем любви.

Я схватил ручку и быстро начал черкать на листочке. Слова сами складывались в строки, а строки в мощное заклинание.

— Дай посмотреть, — в нетерпении попросил Кощей, а увидев, присвистнул, — ну ты силен,

— восхитился он.

Прибравшись в комнате, где развели полнейший бардак, мы отправились подремать, так как примерно часа через два-три нам предстояло отправиться на местное кладбище.

К последнему пристанищу человека мы подошли около шести вечера. Кладбище встретило нас могильной тишиной, лишь изредка нарушаемой карканьем воронья. Людей видно не было, оно и понятно, обычно все приходили с утра, какой же дурак потащится на кладбище ближе к вечеру, только мы.