Мемуары торрека [СИ]

— А что, я согласен, — тут же поддержал его Крас.

— Да и мы с Калашом не против, — ответил за двоих Шева.

Но у Тима на этот счёт было своё мнение:

— Нет, нет — я ставлю палатки. Кто не успел заняться нормальным делом — тот сам виноват.

Должен признать, логика в его словах была железной и все сразу от него отвернулись. Но логика Тима и суждения Циркуля были вещами несовместимыми:

— Не понял, ты что огрызаешься? — удивлённо пропел его голос. Затем Циркуль заехал Тиму ребром сапога под колено. Саня согнулся вдвое, простонал что-то невнятное, его лицо искривила болезненная гримаса. Затем Циркуль подтащил Тима за руку к оленю и толкнул парня на мёртвую тушу.

— Большинство проголосовало, так что тебя уже никто не спрашивает.

— Ты тише на поворотах — совсем охренел? — вступился за Тима Калаш. — Ещё драк нам здесь не хватало.

— Каких драк? — ухмылялся Циркуль. — Это недоразумение даже с мышей подраться не сможет. А если ты такой гуманист, то бери нож и помогай Тиму срезать шкуру этого зверя.

Ни Калаш, ни остальные ребята помогать Тиму с оленем не хотели, потому спор быстро замялся. Хотя все быстро сошлись на том, что в одиночку Тиму всё же не справиться.

Емеля побежал к лесорубам и обратился к Рыжему:

— Руся, тебя там капитан зовёт.

— Где?

— Ну, там, рядом с палатками. Давай мне свой топор, я тебя пришёл подменить.

Когда Рыжий подошёл к палаткам и не увидел Игоря Викторовича, он заподозрил подвох, уже хотел возвращаться обратно, но его остановил окрик Шевы:

— Руся, Игорь Викторович приказал тебе помогать Тиму свежевать оленя.

— А почему мне?

— Я откуда знаю. Вот придёт, у него и спросишь.

— Неправда, он сказал мне рубить дрова на костер.

— Ну, как знаешь, мы тебя предупредили, — поддержал Шеву Калаш, делая вид, что очень сильно занят возведением палатки. Дальше ребята, не сговариваясь, о Рыжем как бы забыли. А что?.. им ведь нужно работать. Не нравится тебе приказ, не выполняй. Твои проблемы. Тебе потом объясняться…

Рыжий немного пометался по лагерю. Как ни крути, а все остальные были при деле. Все, кроме Рыжего. С проступающей всё ярче тревогой, он попытался даже нас с Дедом запрячь на разделку, но быстренько получил от ворот поворот и побежал обратно к Емеле:

— Ром, я уже разобрался, верни мне топор, — помпезно заявил он.

— С чем? — скорчил непонимающую физиономию Емеля.

— Ну, я вернулся от капитана, так что давай — иди обратно, а я тут поработаю.

— Ну, если разобрался, то иди тогда отдыхай. Молодец, заслужил. А мне капитан сказал здесь работать. Я проблем не хочу. Ты же знаешь Кэпа — бездельников он не любит.

Это Емеля, как бы, похвалил Рыжего — втерся в доверие. Затем чётко дал понять, что топор ему не видать, а в конце ненавязчиво так напомнил, что бывает с теми, кто не выполняет капитанских приказов.