Бунтарка для властелина (СИ)

— Я тебе не верю. Ни единому слову, — отрезал Генри. — Понял уже, какая ты на самом деле.

От того, как разочарованно он это бросил, Ирен обиженно вздернула подбородок.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Ну, так отпустил бы, — она недовольно дернула рукой. — Любая ренийская аристократка с радостью пойдет с тобой под венец! Зачем тебе я?

Генри придвинулся ближе. Он заговорил негромко и вкрадчиво, и этот полушепот испугал сильнее любого крика:

— Зачем? Ты права: твою семью я не трону, не посмею. Ни взрослых, ни тем более детей. А вот на тебе отыграюсь. Ты превратишься в предательницу для каждого, кто тебя раньше уважал. Станешь встречать меня по вечерам в спальне, зная, что я только что подписал смертный приговор какому-нибудь идиоту вроде Айрона. А знаешь, что будет самым худшим наказанием?

Генри отвел прядь волос с лица Ирен. Сплошное противоречие: соблазняющее касание пальцев к щеке и опасный хищный взгляд. Он впился в каждую черту лица, жадно упиваясь страхом.

Ирен попыталась отвернуться.

— Куда уж хуже?.. — пробормотала она.

Генри ухватил за подбородок, не давая отвести взгляд. От властного жеста по коже пробежали мурашки. Сердце затрепетало от смеси страха и физического притяжения. Ведь тело сразу вспомнило сегодняшнюю ночь, и по мышцам пробежало зарождающееся тепло. Ирен прикрыла глаза, пытаясь отогнать наваждение.

Словно прочитав мысли, Генри обжег ее губы искушающим шепотом:

— То, что ты до сих пор теряешь голову от моих прикосновений. И каждое утро будешь ненавидеть за это не меня, а саму себя.

Сильные руки резко притянули за талию. От жаркого поцелуя Ирен забыла, как дышать. Генри смял ее губы своими властно и требовательно. Почти болезненно. А пока она растерялась, его язык уже нахально проник в ее рот.

Инстинктивно Ирен подалась вперед, прижавшись ближе к горячему телу. В голове помутилось, и пальцы смяли грубую ткань дорожного плаща. Аромат одеколона и трав показался не просто знакомым, а бесконечно родным и манящим.

Лишь через пару секунд Ирен опомнилась. Пытаясь оттолкнуть, она уперлась ладонями в грудь Генри. Бесполезно. Его тело сейчас, по ощущениям, стало каменным. Он немного умерил пыл, но губы все равно продолжили терзать уверенным поцелуем. До слабости в ногах, до желания подчиниться.

«Он же просто добьется своего», — зло подумала Ирен.

Она укусила Генри за нижнюю губу. Не игриво, а коротко и отчаянно. От неожиданности он разжал объятья.

Отпрянув, Ирен отскочила как можно дальше. Сердце бешено заколотилось, а легкий соленый привкус дал понять, что натворила.

Генри медленно провел большим пальцем по губе, вытирая выступившую кровь. Одно это зрелище отозвалось в теле Ирен волной жара. Предательски потянуло низ живота. Захотелось вновь прильнуть, извиниться новым поцелуем и просто забыть обо всем.

Генри поднял взгляд. Глаза потемнели от злости и желания.

— Плоховато справляешься с ролью покорной невесты, — в уголке губ дрогнула короткая усмешка. — Ты умеешь играть и получше.

Генри медленно двинулся к Ирен, и вот сейчас она поняла, что, похоже, доигралась.