Метка драконов. Княжеский отбор

Фрайал.

Но это оказалось не так. Ярким, неистовым желанием выдать ложь за действительность. Халатностью. Мы обманулись, поверили и потеряли. Слишком жестокое наказание за уверенность в своей правоте.

Она умерла у меня на руках, осыпавшись прахом, не выдержав давления и влияния нашей с братом магии. А ведь мы выпустили не так много силы. Всего ручеек. И все же даже этой малости хватило, чтобы этот маленький ручеек захлестнул, смял и отобрал то, что было дороже многого.

Вадэмиан легче перенес утрату, но мне временами казалось, особенно остро подобное ощущалась сразу же после кончины Анарэль, что он просто любил ее меньше, чем я сам. А возможно, мне просто так легче было воспринимать то, насколько быстро он оправился после ее смерти.

Я давно смирился с силой своей магии и родовым проклятьем, давно перестал верить. Однако мне было нелегко осознавать, что для того, чтобы нам с братом выжить, одна из тех, появившихся в нашем доме девушек, тридцать девять хрупких цветочков, из которых целых четырнадцать ― хрустальные человечки, должна умереть.

Страшно и больно.

Я это знал не понаслышке. Болезненный крик моей любимой, когда она сгорала в нашей магии, снится мне и по сей день. И если быть хоть капельку не эгоистичным в своих суждениях, не мне одному.

Разозлившись, зарычал, выдыхая огонь, в ту же секунду поглощенный одним из заклинаний, быстрыми четкими ударами разорвал зависший в воздухе элейн* и воссоздал следующий, так же его разрывая. А затем еще один. Но легче мне не становилось, ярость только нарастала с каждым уничтоженным элейном.

— Анхель! — окрик брата привел в чувство. Перевел на него мутный от гнева и жажды убийства взгляд. — Остановись.

Дэм подошел ближе и опустил руку на плечо, пожимая его в молчаливой поддержке. Он чувствовал меня как никто другой и знал, какие чувства бушуют у меня внутри. Близнец. Самый близкий по духу и силе дракон. И этим все сказано. Даже отец всегда был на ступень ниже.

Вспышка злости начала угасать, вместо нее появилось некое смирение.

Вскинув сбитые в кровь руки с уже затягивающимися ранами, спокойно ответил:

— Я в порядке. Настрой полосу препятствий, пора выпустить пар.

— Еще не выпустил? — усмехнулся он, мотнув головой в сторону плавающих вокруг нас ошметков.

— Еще нет, — хищно оскалился в ответ. — Запускай.

Брат, кивнув, вывел пальцами комбинацию, и через пару мгновений обстановка бокса изменилась, превращаясь в тропу препятствий, состоящую из с лязгом двигающихся металлических и деревянных конструкций.

Хитро прищурившись, хлопнул Вадэмиана по плечу, срываясь на бег.

— Кто первый закончит, тот выбирает, кого выгнать с отбора.

— Сомнительная честь, Анхель, — услышал смешок брата и сам широко улыбнулся. — Ты же знаешь, что так не делается, Анхе-е-ель.

Знал. Но выбор в любом случае был за нами. Я же не собирался исключать сильных девушек, наоборот, слабых.

Слабых и ненужных.

По крайней мере, у тех, кого мы выдворим из нашего отбора, будет шанс на счастливую жизнь. Да и вообще, жизнь. Это не мало.