Южноуральцы в боях и труде
- Автор: Белин Алексей Степанович, Ханевичев Николай Ефимович
- Год: 1995
- Язык: русский
- Год: [б. и.]
- ISBN: 5-7135-0053-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Южноуральцы в боях и труде». Краткое содержание книги:
В дальнейшем попал в артиллерию и воевал на Ленинградском фронте. Там-то я снова встретился с 22 стр. бригадой. Мы поддерживали ее огнем.
В 1944 г. служил в составе 4 гв. танковой армии. С нею дошел до Берлина, потом до Праги».
«Фронтовая Правда» 1 февраля 1942 г. писала:
«Лыжники Красной Армии! Проникайте в тыл противника, перехватывайте его пути, наносите удар во фланги и тылы врага, громите и уничтожайте его технику и живую силу».
«Командиру оперативной группы штарм 2 Ударной:
§ 2. Для развития прорыва создается оперативная группа в составе 327 СД (44 лыжный батальон), 328 ГД (40 лыжный батальон), 59 стр. бригада, 162 танковый батальон, 43 и 39 лыжные батальоны, 105 и 6 гв. дивизии. Командир группы генерал-майор Коровников, комиссар — полковой комиссар Петров».
Война разгоралась, и лыжные батальоны, прибывая в Малую Вишеру, шли в горнило битвы.
«Наш 170 лыжный батальон перешел Волхов и с ходу вступил в бой, — рассказывает Геннадий Павлович Жужгов, — освобождали Дубовик, Поддубья, Малое Елгино, Хорок, Каменку, Родофиниково, где должны были встретиться с войсками Ленинградского фронта. Нас всегда выдвигали на передний край. Ночью подползешь близко к фашистам, а утром начинаешь их брать на мушку и отправлять в преисподнюю.
Во время боевых действий лыжники проявляли героизм. О смерти думать было некогда, шли вперед. Частенько отправляли печальные письма родным погибших друзей.
Хочу рассказать о невероятном случае в моей фронтовой жизни. А было это так. В одном бою батальон выдвинулся на несколько километров, но противник оказал отчаянное сопротивление, и мы вынуждены были перейти к обороне. Во время атаки каждый солдат устремляет свой взгляд вперед, на противника, и часто не замечает, как рядом, сраженный пулей, падает сосед. Так случилось и со мной в этом бою. Только после того, как наша атака захлебнулась, ищу взглядом и не нахожу своего товарища Виктора Мерзлякова.
Когда подали команду: «На обед!», — я пошел назад по той тропе, по которой пришлось наступать. Мерзлякова увидел неожиданно. Остановился. Он лежит без признаков жизни. Погиб, решил я. Чтобы труп не обезобразили птицы или звери, оттащил его в сторону от тропы и зарыл в снег. Так и считал Мерзлякова погибшим. Сам же продолжал боевой путь. В феврале 1942 г. был тяжело ранен, потерял сознание. Пока лежал, обморозил пальцы на правой ноге. Был направлен в госпиталь, провалялся там до апреля — и снова на фронт. 17 июня 1942 г. опять тяжело ранен. 18 осколков попало в легкие. После госпиталя был признан негодным к строевой службе. Приехал в Челябинск, здесь записался добровольцем в 182 танковую бригаду, с ней выехал на фронт. Был еще несколько раз ранен, после войны приехал в Пермь, работал на судоремонтном заводе.
Прошло 20 лет. Иду как-то по улице, смотрю, стоит легковая машина, а за рулем… Мерзляков. Но он же погиб! Подхожу, спрашиваю: «Ты ли это, Виктор Иванович?». Он отвечает: «Как видишь, я!».
Как выяснилось, Виктора откопали и доставили в госпиталь санитары. 11 суток лежал он без сознания, но все-таки выжил.
После «смерти» Виктор Иванович Мерзляков прожил еще 46 лет, умер он в 1988 г.
«Боевое распоряжение:
Командиру 4 гв. дивизии, в ночь с 6 на 7 февраля 1942 г. сменить подразделения 53 стр. бригады в районе Ольховки, остатки 39 и 43 лыжбатов, находящихся в Ольховке, подчинить себе. Начальник штаба армии генерал-майор Возжилин».
Командир роты лейтенант Борис Александрович Носков вспоминает:
«Наш 45 лыжный батальон прибыл под Тихвин. Город был уже освобожден от фашистов. Батальону пришлось участвовать в преследовании отступающего противника вплоть до р. Волхов. В декабре 1941 г. использовался для разведки глубоких тылов противника, захвата «языков».
В начале января 1942 г. нас направили под Малую Вишеру. Когда 2 Ударная армия прорвала оборону противника на Волхове, батальон вошел в ее подчинение и наносил противнику фланговые удары.
Последний бой, в котором мне довелось принимать участие, был за Новую Деревню. В ночь на 30 января мы ее освободили. В бою помимо нас участвовали другие лыжные батальоны и стрелковые подразделения.
Какие бы трудности ни испытывали, мы твердо верили, что рано или поздно блокаду прорвем. Вот как писал красноармеец Дмитрий Дворецкий в стихотворении, помещенном во фронтовой газете 7 апреля 1942 г.