Провокация седьмого уровня [СИ]

Сколько надо лить коньяка в кофе, чтобы утро стало добрым? В случае с Кентом хоть ведро коньяка выпей — будущее добрым не будет. Да и не утро уже, а вечер. После коньяка шарики в голове крутились спокойнее, наступило умиротворение. Тем сильнее и контрастнее с наступившим благодушием подал громкий сигнал смартфон Кента, заставив того даже вздрогнуть от неожиданности.

— Вот же, мля! И кого это нелёгкая заставляет мне названивать, — раздражённо выругался Кент. — Суки, отдохнуть не дают честному человеку. У кого там в мудях свербит?

Сукой, которая не давала отдохнуть, судя по номеру, был его бригадир Велосипедист, а это значило, что надо отвечать на звонок, хочешь или не хочешь. Подождав ещё пару треньканий, Кент, нехотя поднёс аппарат левой рукой к левому уху и нажал кнопку соединения.

— Аллё, — проговорил он, думая, что приветствует своего бригадира. — Что нового-хренового?

К своему удивлению вызываемый абонент не услышал голос своего начальника, зато вдруг почувствовал рукой и щекой, что его верный аппарат вдруг катастрофически нагрелся до огромной температуры. Новое-хреновое произошло. Кент соображал туго, особенно, накачавшись коньяком, поэтому он быстро не отбросил аппарат от себя, а стал поворачивать в его сторону взгляд. Тут и произошёл взрыв. Руку, щеку и висок обдало сполохом огня, и множество осколков впилось в кожу щеки и шеи. Взрывом Кента слегка оглушило, и он только через несколько секунд почувствовал боль. Как только ему не вышибло взрывом глаза, зато крови было прилично, и стоял звон в ушах. От взрыва остатки корпуса аппарата сами выскочили из руки и упали на пол, испуская из себя зловонный дым и подозрительно потрескивая. Кент встрепенулся и кинулся в ванную, где у него было зеркало, около которого он периодически брился. Ну, красавец! Левая сторона морды была вся в крови, осколки даже шею поразили, но крупные сосуды вроде не пострадали. Левая рука тоже вся была в крови. И тут Кента накрыло болью. Что туплю — встрепенулся он — надо звонить в скорую, пусть лепилы быстрее приезжают, а то кровью истеку. Где тут телефон? Кент начал судорожно метаться по комнате в поисках телефона, но тут его осенило, что телефона-то уже и нет. Взорвался гад. Вот он лежит и потихоньку дымит. Сплюнув на пол, Корнилов решил бежать к соседям. У них телефон точно был, он помнил. Вот это и будет спасением. Он не подумал, что соседей может и не быть сейчас дома. Но, надо было что-то делать, не истекать же кровью. Корнилов бодро ломанулся к входной двери, открыл её и попытался выйти в общий двор, как вдруг перед его носом оказался какой-то человек, взмахнувший рукой. Дальше Корнилов ощутил жуткую боль в горле, от которой он почти потерял сознание. Сильный удар отбросил тело Корнилова обратно в комнату и приземлил его на диване. Вскоре он ощутил себя сидящим на своём любимом диване и силящимся схватить хоть немного воздуха. Этот гад, натуральный маньяк, здорово его ударил. Хрипя, задыхаясь и обливаясь кровью Корнилов, наконец, понял, кто перед ним находится. Перед ним нарисовался утопленник собственной персоной, которого они с Соломой сегодня ночью благополучно утопили в море. Ожил, значит. Или не очень ожил, а это и есть покойник. Судя по совершенно ничего не выражающим глазам так и было. Ну, не бывает у живых людей таких глаз. Это или мертвец, или маньяк, или всё вместе.