Замес

Амос Бертон был высок, крепок, бледен, у него была открытая улыбка, темное прошлое и талант к веселой жестокости. Он оставлял Балтимор с его шатким равновесием между законом и преступностью, экстравагантностью и обыденностью, любовью и пустотой. Людей, что знали Амоса, любили его, можно было пересчитать по пальцам одной руки, да и то большинство пальцев осталось бы ни при чем, и когда он уйдет, город продолжит жить своей жизнью, так, словно никакого Амоса Бертона тут никогда и не было.