Закатиглазка [СИ]

— Не беспокойся, — Принцесса ласково положила ему руку на плечо — есть один безотказный способ.

— Если этому способу тебя обучил супруг, то не надо, — забеспокоился Заяц.

— Способ действенный, — заверила Принцесса — я на себе испытала. Как-то, в феврале, я заразилась вирусом гриппа, но решила, что лечиться, мне некогда, перетерплю, и принялась убираться в королевских покоях, но Король, как внимательный и заботливый муж, сразу заметил, что мне не здоровиться, спустился с трона, самолично подхватил меня на руки, и выбросил в окошко. Через три дня я пришла в сознание, а гриппа как и не бывало! И, только, убедившись, что я выздоровела, Его Величество разрешил мне вернуться к обязанностям, так я узнала про этот чудодейственный способ и полюбила Короля ещё больше.

— А я и не простыл, — поспешил заверить Заяц — это просто пыль в нос попала.

— Давайте не будем рисковать вашим здоровьем, вы, как — никак, мужчина пожилой — не солгласилась Закатиглазка — превентивные меры вам не повредят, вы нам завтра здоровенький и свеженький нужны.

— Не надо! — взмолился последний раз Заяц.

— Трусишка, — Принцесса взяла Зайца за шиворот, и как тот не упирался, но был выброшен на улицу, как мешок с мусором — утром вы мне, ещё, спасибо скажете.

— Давай я сейчас скажу, — предложил Заяц, в жизни никому не говоривший таких слов, и попытался залезть обратно, но второй раз был вышвырнут, так же бесцеремонно, как и в первый.

Поняв, что делать нечего, и возблагодарив судьбу, что Король Многоземельный не практиковал уринотерапию, Заяц нагрёб старых листьев, и закопавшись в них, заснул.

Настало утро. Роса застыла крошечными серебряными хрусталиками на юных зелёных травах, запел трелью лесной жаворонок, а в ответ ему громко выпустил утренюю порцию удушливых газов спящий Кобольд.

Принцесса вылетела из пещерки вытирая слезящиеся глаза и откашливаясь.

Заяц, которого разбудил предрассветный холод, уже, нашёл несколько грибков, вынюхал съедобные, позавтракал ими, и сидя на заду вылавливал из шерсти блох. Наконец из тоннеля, зевая и потягиваясь вышел и хозяин дома.

Он молча уселся перед пеньком, на который выложил из карманов горсть орехов, какие-то корешки, и флягу. По всей видимости Кобольд собрался подкрепиться перед долгой дорогой. У Зайца при виде, того, что удумал гном, в такой опасной близости от Закатиглазки, рот растянулся в ехидную усмешку.

— Что лыбишься, Зайчище? — заметил изменение его мимики Кобольд — Я с тобой не поделюсь, не надейся. Обидно? Ты — гавно, а я — повидло! Видишь ли, косоглазый, быть начальником, это не просто, привилегия, это обязанность, ткнуть каждому.

Наверяка он бы, ещё, долго рассуждал на тему прирождённых функций руководителя, но Принцесса, уже, подкралась к нему сзади, и одной рукой прижала его голову к поверхности пня, прервав тем самым рассужления о высоком, а второй рукой она сгребла все орехи и не разбивая скорлупы закинула их себе в рот, затем та же участь постигла и коренья, последней она взяла флягу и сделала большой глоток.