Прощание славянки

Да та же Германия, не моргнув глазом, обрезала бы в свою пользу интересы Австро-Венгрии, если ей это понадобилось бы.

Я уже не говорю, о таких «друзьях» России, как Англия и Франция, которые сделали бы все, чтобы только уменьшить ее долю в победном пироге.

Тем не менее, борьба за Болгарию (а в целом и за все Балканы) развернулась нешуточная.

Ничего странного и, уж тем более, удивительного, в этом не было.

Болгария обладала самой сильной на полуострове армией и, занимая центральное положение, могла служить удобным стратегическим плацдармом, с которого можно было ударить по Сербии, Румынии и Греции.

Выступление Болгарии на стороне Центральных держав создало бы для Сербии крайне тяжёлое положение и в какой-то степени отнимало у Румынии возможность примкнуть к Антанте.

А вот присоединение Болгарии к Антанте побудило и Румынию, и Грецию последовать за ней.

Таким образом, Болгария в условиях войны 1914 года превратилась в ключ ко всему балканскому плацдарму.

Сазонов прекрасно понимал ситуацию и с самого начала войны уделял большое внимание привлечению Болгарии, поскольку не без основания видел в таком союзе решающий шаг к восстановлению балканского блока, разрушенного Второй балканской войной.

Но сделать это было довольно сложно. Соблазнить Болгарию можно было только одним путём: уговорить Сербию и Грецию вернуть Болгарии отобранные у неё в ходе Балканской войны 1913 года области.

Именно поэтому Сказонов уже в августе 1914 года Сазонов советовал сербскому и греческому правительствам пойти на уступки Болгарии.

Но все было напрасно. Греция и слышать не хотела ни о каких уступках.

Более того, подобные рекомендации России укрепляли позиции греческих германофилов, во главе которых стоял сам король.

Сторонники Антанты во главе с Венизелосом были согласны вступить в войну, но отнюдь не для того, чтобы платить за это уступкой своей территории.

Именно поэтому Англия, дорожившая «дружбой» с Грецией, не только не одобряла стараний Сазонова, но и противодействовала им.