Средь тяжкого труда и скорби [СИ]

Он подошел к выступающему крылу мостика и посмотрел на корму, мимо столба дыма, тянувшегося из труб «Делтака», туда, где за ним следовал КЕВ «Сайджин». КЕВ «Теллесберг» и КЕВ «Хадор» замыкали шествие, видимые скорее как дополнительные клубы дыма, чем как корабли, но он точно знал, где они находятся. Одна вещь, которую они уже обнаружили, заключалась в том, что суда с паровым двигателем могли поддерживать гораздо более плотный строй, чем парусные корабли. Действительно, в некотором смысле они могли держать строй лучше, чем галеры, и это должно было иметь свои собственные тактические последствия, когда придет время.

Однако в данный момент больше всего он почувствовал облегчение, узнав, что те три других корабля вернулись. Они только что отправлялись в путешествие длиной в шесть тысяч миль, и среди них не было ни одного парусника. Однако у него были собственные Шан-вей груды угля в мешках, сложенные по всей его палубе, а также забитые в доступное пространство бункера. Отсутствие орудий делало это практичным, но удаление угольной пыли с корабля после того, как они израсходовали бы все топливо, не доставляло удовольствия. На самом деле, худшим аспектом этого новомодного чайника была необходимость регулярно подкармливать его свежими кучами угля. Это будет изнурительная работа, он уже видел это, хотя мастер Хантир и сэр Дастин усердно трудились, чтобы придумать хитроумные способы облегчить задачу. Хуже того, это должно было быть грязно, с облаками угольной пыли повсюду.

Он действительно чувствовал себя незащищенным без единого установленного орудия, хотя на самом деле не мог придумать ничего, что мог бы сделать с ними любой гипотетический противник, учитывая их нелепую скорость. И поспешность, с которой был завершен весь этот проект, потребовала большего, чем небольшой импровизации. В конечном счете, корабли предназначались для установки новых орудий с «компенсацией отдачи», о которых шептались адмирал Симаунт и капитан Разуэйл. Барнс мало что знал о них — только то, что они должны были быть намного мощнее существующих тридцатифунтовых «кракенов», но при этом требовали гораздо меньших расчетов, — но это не имело значения, поскольку их еще не существовало. Вместо этого «Делтак» и его братья будут вооружены двадцатью двумя тридцатифунтовыми пушками, как только они достигнут места назначения, хотя никто точно не объяснил, откуда будут поступать эти пушки.

В то же время, помимо этой горы угля, «Делтак» вез очень мало, помимо запасных частей для своих двигателей, котлов и всего того, что лейтенант Жак Бейристир, его инженер — совершенно новая должность, которую занял офицер, у которого было очень мало опыта плавания и который выглядел так, как будто ему было около пятнадцати лет — называл «неудобными деталями». Барнс привык мыслить в терминах того, что корабли полностью зависят от своих собственных ресурсов во время плавания, но думать в терминах запасных частей для ремонта сломанного оборудования было чем-то совершенно другим. Мысль о том, что корабельный плотник и кузнец не смогут найти или изготовить ничего, что им понадобится, если у них действительно случится сбой, была отрезвляющим отражением хрупкости в основе этого неуклюжего бронированного монстра. Теоретически, за ними следовала бы пара галеонов, оборудованных в качестве ремонтных судов и тендеров, с полной командой мастеров с завода Делтак, хотя они совершали бы гораздо более медленный переход, так что проблема ремонта не должна быть непреодолимой в долгосрочной перспективе, но в данный момент времени все это было очень неприятно.