Древнейшие государства Кавказа и Средней Азии

Правда, существуют некоторые расхождения между пониманием границ Бактрии в сочинениях античных географов и историков. Уже при чтении описаний похода Александра Македонского создается впечатление, что Амударья рассматривалась как своего рода граница между Бактрией и другой крупной историко-культурной областью Средней Азии — Согдианой (Arr., VII, 5, 1–2; Strabo, XI, II, 2; Ptol., VII, II, I). Эта традиция сохранялась до IV в. н. э., как это видно по географическому обзору Аммиана Марцеллина, который, впрочем, судя по всему, прямо следовал за описанием Птолемея (Amm. Marc., XXIII, 6, 57).

Однако такое несколько формальное проведение границ историко-культурных областей по крупным водным артериям довольно рано вызвало сомнения исследователей. Например, В. Томашек полагал, что под Бактрией следует понимать области по среднему течению Амударьи как к югу, так и к северу от самой реки (Tomaschek W., 1896). Эти сомнения возросли по мере расширения фронта археологических работ, которые показали для древнего времени значительное культурное единство в районах по обеим сторонам великой среднеазиатской реки. Поэтому М.М. Дьяконов со всей решительностью писал, что реки вообще не разъединяют, а объединяют орошаемые ими оазисы, и что есть все основания придерживаться точки зрения В. Томашека (Дьяконов М.М., 1954б, с. 123). Большинство современных исследователей следуют именно этой точке зрения, последовательно проанализированной Б.Я. Стависким (1977б, с. 36 и сл.).

Современные источниковедческие исследования, кроме того, показывают, что Амударья служила границей между Бактрией и Согдианой только на одном очень узком участке (в районе Келифа). Результатом перенесения этой ситуации на все течение Амударьи явилась эта ошибка, довольно широко представленная в античной литературе. В античной литературе есть и вторая точка зрения относительно границ Бактрии: на юге ее ограничивают горы Гиндукуша, на севере — «скала Хориена» (видимо, Железные ворота). Эта точка зрения и принимается большинством современных исследователей (Пьянков И.В., 1982).

В этой связи необходимо отметить, что в географической литературе средневековой эпохи существовало два понимания термина Тохаристана, этого прямого наследника древней Бактрии. Уже по сообщению Сюань Цзаня, Тохаристан простирался от Гиндукуша на юге до гор, разделявших бассейн Амударьи и Кашкадарьи на севере (Beal S., 1888, с. 37). В таком расширительном понимании обычно рассматривали Тохаристан и арабские географы (Бартольд В.В., 1963, с. 118; 1965, с. 515). Наряду с этим под Тохаристаном порой понималась небольшая провинция, лежавшая к востоку от Балха и ограниченная с севера Амударьей, а с юга северными отрогами Гиндукуша (Бартольд В.В., 1965, с. 515). Не исключено, что подобное двойное понимание границ страны существовало и в древности. Во всяком случае, в данной книге Бактрия вслед за большинством современных исследователей понимается в расширительном варианте, что находит полное подтверждение в археологических материалах, практически идентичных на левом и на правом берегах Амударьи.

Три особенности политической истории Бактрии III в. до н. э. — V в. н. э. имеют первостепенное значение для развития культуры страны, ярко отраженной в археологических материалах. Прежде всего это вхождение Бактрии в состав державы Александра Македонского, а затем в 306–250 гг. до н. э. — в состав державы Селевкидов и после этого образование независимого греко-бактрийского царства (около 250–140/130 гг. до н. э.). В это время во главе страны стояли греческие правители (Диодот, Евтидем, Евкратид, Гелиокл) и широкое распространение получили эталоны и образцы греческой культуры, в том числе и греческий язык. В значительной мере, помимо политического господства греко-македонской верхушки, это было связано с притоком в Бактрию колонистов из Эллады и Малой Азии и созданием целого ряда городов и поселений (Кошеленко Г.А., 1979, с. 148 и сл.). Остатки такого греческого города были открыты французскими археологами при раскопках городища Айханум на левом берегу Амударьи (Bernard Р., 1973; Кошеленко Г.А., Мунчаев Р.М., 1976), и не исключено, что именно здесь располагалась упоминаемая источниками Александрия на Оксе.