Тайна двойного убийства
- Автор: Арестова Любовь Львовна
- Год: 1995
- Язык: русский
- Год: Квадрат
- ISBN: 5-8498-0081-6
- Жанр: Криминальные детективы
Электронная книга - «Тайна двойного убийства». Краткое содержание книги:
Работала следователем прокуратуры, судьей.
Живет в Москве.
Автор многочисленных детективных повестей и рассказов: Поиск в тайге, Последняя улика, По факту исчезновения, Случай на реке, Приговор исполнению не подлежит и др.
Многие произведения издавались за рубежом.
— Утки много видел? — спрашивал Сорока Андрея.
— А гуси? Нагуливают жирок?
— Есть утки, и гуся много, нагуливают, — отвечал односложно Игошин. И в это время Николаев, держа в левой руке кружку, правой взял хваленый геологом большой кусок сахара.
— Ничего минерал, — весело сказал он и быстро протянул сахар Андрею со словами: — Расколи-ка, солдат!
Сработало! Андрей, разговаривая с Сорокой, машинально протянул свободную руку, чтобы принять сахар, а лейтенант, как пружина, молниеносно распрямившись, быстро, схватил его за руку и рванул на себя, прямо через неостывшее кострище.
Николаев рассчитал верно. Игошин не успел выстрелить. От неожиданного сильного рывка он не удержался, повалился на костер и таган, подминая лейтенанта, не выпускавшего его руки. Ружье оказалось под ними. Думая освободиться, Игошин выпустил приклад, рванулся от Николаева.
Старый Сорока одним прыжком оказался возле двустволки, мигом схватил ее, а Вадим бросился на помощь лейтенанту. Игошин сопротивлялся отчаянно, изо всех сил, но Николаев цепко держал его, Вадим же пытался укротить мощные ноги Андрея. Николаеву удалось завернуть за спину руку Игошина, сильным приемом уложить его лицом вниз, тот на мгновенье затих, и лейтенант сумел, наконец, достать наручники.
Скованные наручниками руки ослабили сопротивление Игошина, а тут еще Вадим сумел сесть на его ноги, и Николаев быстро связал их ремнем. Убийца затих, лежа вниз лицом.
— Игошин, — задыхаясь от усталости и волнения, сказал Николаев, — я лейтенант милиции. Я искал тебя и нашел, и ты мне будешь рассказывать, как ты убивал геологов. Расскажешь все, "медвежье сердце"!
И тут все, находившиеся на поляне, вздрогнули от страшного, оглушительного крика! Хватая крепкими зубами протоптанную траву, Андрей Игошин бился лицом о землю и дико, нечеловечески кричал.
Крик разносился по синей озерной глади, скакал по деревьям далеко в тайгу, отражался от близких Саянских гор, возвращался, дробился и наполнял все вокруг звериной тоской и непонятной болью.
Ни раньше, ни потом не слышал лейтенант такого крика. Вадим в ужасе зажал голову руками, а Сорока, повидавший всякое на своем долгом веку, бегом бросился к озеру, зачерпнул воды и вылил ведро на Игошина. Тот замолчал.
16
Успокоились не скоро. Подняли, посадили на колоду Игошина, который, выкричавшись, теперь опустошенно молчал, но не менее страшными были слезы, непрерывно катившиеся из-под его опущенных век и оставлявшие светлые дорожки на грязном, испачканном золою и землей, сразу осунувшемся лице.
Всплеснул руками дед Сорока:
— Батюшки-светы, да на кого же вы похожи, ребята?!
Ожесточенная схватка происходила на кострище, Николаев и Вадим были покрыты грязью. Только сейчас почувствовал лейтенант боль от ожога — вылившийся из котелка чай ошпарил ему руку. Под глазом Вадима всплывал огромный кровоподтек.
Хватаясь за сердце, от палатки подошел к ним геолог, не решаясь приступить к расспросам.
— Спасибо вам, — тихо сказал Николаев. — Дело сделано. А сейчас давайте обсудим, как будем строить охрану этого, — он кивнул на Игошина.
— За тобой слово, Иван Александрыч, — ответил Сорока. — Ты приказывай, мы исполним.
— Когда подойдут ваши? — обратился Николаев к геологу.
— К заходу солнца.
— Так вот, охранять Игошина будем по трое безотлучно, оружие наготове. И себя в порядок нужно привести. Вадим, мойся, а потом я. А вы… — лейтенант вопросительно посмотрел на геолога.
— Виктор Иванович, — быстро подсказал тот.
— Виктор Иванович, извините, что напугали вас. Не могли мы объяснить все сразу. Пошли бы расспросы, разговоры, а нам нельзя этого было делать. Игошин находился близко, мог слышать, насторожиться и в лучшем случае уйти. Этот человек подозревается в убийстве двух людей из Ленинградской партии. Двоих — да каких людей!
— с горечью промолвил он.
— Мы за этим псом сколько дней идем, — со злостью вмешался Вадим и крикнул Игошину: — Ты бы нашим мужикам попался, гад, они бы тебя под орех разделали! За что ты ребят? За что?!
Пришлось Николаеву успокаивать Вадима, но он извлек урок из этого разговора: нужно было опасаться не только побега Игошина, но и самосуда над ним. Значит, в каждой группе охраны должен быть работник милиции. Нужны Колбин и Балуткин. "А пока, — подумал Николаев, — смотри, Ваня, в оба и за тем, и за другими. Ночь впереди”.