Кондотьер [Сборник litres, книги 1-3]

Когда король наконец вернулся в Оберпален с победой, Маша встретила его радостным известием о беременности. В начале следующего года следовало ожидать появления потомства, мальчика или девочки – Арцыбашеву было все равно. Лишь бы здоровый родился… выжил бы. И жена бы при родах не умерла.

Все эти тревоги вовсе не были напрасными, ибо о гигиене в те времена особого представления не имели. В Европе умывались редко, рук после туалета не мыли, да и вообще, уборные вместо ночных горшков, кои выплескивали прямо на улицу, тогда появились только в Ливонии – по личному указанию короля, возродившего древние римские обычаи: ходить в баню, раз в неделю мыть голову, и вот – иметь в домах и на хуторах особые туалетные комнаты. Иначе, не дай бог – эпидемия! Запросто.

Тема эта быстро стала модной, еще бы – ее из номера в номер упорно тиражировала «Ливонская правда», редактируемая лично королевой Марией Владимировной. В одном из майских номеров, кстати, было почти полностью опубликовано послание Ивана Грозного, доставленное лично князем Оболенским со свитою. В сем письме могущественный российский государь милостиво соизволил не опалиться на любимого зятя гневом, а наоборот, благодарил за снятие раковорской осады и подтверждал все свои прежние пожалования. Все же, что б там ни говорили, а Иван Васильевич вовсе не был глупцом и прекрасно понимал всю свою выгоду. Как и то, что – рано или поздно – ливонский король все же может полностью выйти из-под контроля, и тогда нужно будет что-то решать. Но это не сей момент, а много-много позже, что прекрасно осознавал и сам славный король «Арцымагнус Крестьянович». Он сейчас выгоден был Ивану, а Иван – ему. Без Ливонии Магнуса не будет пророссийской Прибалтики, без поддержки царя не будет Ливонского королевства. Пока не будет. Пока.