Исполнение желаний
- Автор: Харитонова Алёна Артёмовна, Ильин Алексей Игоревич
- Серия: Каждый за себя #3
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Исполнение желаний». Краткое содержание книги:
Одни отвечали за еду и чистоту (как поняла Хелена — это были девчонки, ранее работавшие в клубе официантками и простыми танцовщицами). У девушек из стрипа и эскорта, то есть таких как Хелена и её подружки, было посвободней. Хотя как сказать… семь часов в день — тренировки. Разминка, потом растяжка, потом силовые, потом пластика, а уже после этого всего — танцы. Конечно, с перерывами на отдых, но тем не менее…
Эрна показала и рассказала явно не всё, однако когда подружки вернулись на свой этаж, головы у них уже конкретно так опухли.
— Репетиции пропускать нельзя. Даже если накануне вы всю ночь трахались и выпили ящик вискаря. Тренировки можно, но не более двух в неделю. И самое главное, девочки, — тут лицо Эрны стало очень серьёзным, а заговорила она тише. — Если вдруг услышите от кого-то из бойцов или клиентов интересную информацию — её надо сразу же сообщить Леди. И не стесняйтесь. Окажется ерундой — ничего вам не будет. А вот если что-то ценное принесёте, получите очень хорошую премию. На этом всё. Через час жду вас в спортзале. Хелена, Хим сказал, тебе пару дней от физических нагрузок лучше воздержаться, поэтому будешь работать без напряга в меру сил. До встречи!
С этими словами Эрна ушла, а три подружки остались изумлённо переглядываться возле двери своей комнаты.
* * *
Есть знание, а есть Вера. Питер Пэн знал, сколько нужно заложить взрывчатки, чтобы добиться нужного результата. Он знал, как заминировать проход или улицу. А вот верил он в то, что мир меняет искусство. Меняет, может, и не так эффективно, как взрывчатка (хотя и без неё иногда не добиться никаких перемен), но всяко в лучшую сторону.
Искусство многогранно, оно может заставить грустить или радоваться, думать или бояться, ничего не делая с человеком физически! Вообще ничего! Человек испытывает десятки эмоций, просто смотря на что-то прекрасное. Именно это Питер и считал единственным настоящим чудом. Тебя может не быть рядом, тебя вообще может уже не быть, но то, что ты оставил после себя, вынудит людей переживать эмоции, которые ты захотел у них вызвать, ты — находящийся неведомо где или уже не существующий. Это удивительно, и это, определенно, чудо. Единственное чудо, которое осталось людям после того, как они навсегда утратили мир мечты.
А вот они, кролики, свою мечту берегли. Они её не забыли. Она всегда находилась где-то рядом, за Гранью. Близкая, но недосягаемая, она была! И это позволяло им держаться. Держаться, когда не оставалось сил, когда теряли друзей, когда накрывало черной депрой, когда швыряло в бесшабашное веселье. Их мечта была простой и ясной. В этой мечте все были живы. И здоровы. В этой мечте Алиса больше не мечтала о бое с Бармаглотом, Щелкунчик не охотился на крыс, а Братец не искал свой терновый куст. В этой мечте они были вместе, и им было спокойно. Просто спокойно. Никого не терзала беспричинная тоска, никого не точило смутное беспокойство и не встряхивала внезапная ярость.
И, конечно, мир их мечты был прекрасен. Чист и прекрасен. Питер точно это знал, он это видел! Иногда, словно из-под мутной завесы, ему открывались укромные уголки, и он спешил нарисовать их, спешил порадовать друзей, чтобы мечта становилась на миг чуточку реальней, чтобы было видно, какая она. Он знал: если нарисовать, как Ушедший или Ушедшая подходят к Белому Домику, то им и правда будет легче найти дорогу в том незнакомом мире. А если перед серьёзным делом нарисовать его успех, то успех обязательно придёт.
Питер уже нарисовал граффити на удачу предстоящего похода. Картину пока завесили масксетью и заставили ящиками, нельзя было являть её миру раньше времени, но писать её… это было всё равно как заглянуть в будущее. Очень круто.
И всё-таки радость предвкушения не была безоблачной. Мама очень грустила. Питер видел это по её глазам, полным нежности, по печальной теплой улыбке, по скорбным линиям тонких морщинок в уголках губ. Она старалась не показывать свою грусть, скрывала её, и потому остальные думали, что грустит она совсем чуть-чуть… Но Питер-то видел — не чуть-чуть. Очень сильно грустит! Будто прощается со всеми. Он не мог этого понять. Почему, почему, почему?!
Да ещё Роджер затосковал на пару дней, но сегодня с утра снова, как обычно, был весел. А что ненадолго залип, так с ним и раньше случалось. Но вот Мама… Питер никак не мог понять: отчего она смотрит на них с такой щемящей нежностью? Впрочем… на то она и Мама — самая-самая. Самая добрая, самая ласковая, самая умная, самая знающая. Однако ему было плохо от её тоски и становилось не по себе, хотя с чего бы?
Сейчас Мама ушла в центр сектора, но те, кто её сопровождал, передавали, что всё в порядке. И тем не менее Питеру было тоскливо. Очень-очень тоскливо. Двадцать минут назад получили первый груз оружия. Все радовались. Пэн тоже радовался, хотя его заказ — взрывчатка и средства подрыва — должен был прийти позже.