Восточные славяне в VI-XIII вв.
- Автор: Седов Валентин Васильевич
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Издательство «Наука»
- Жанр: История
Электронная книга - «Восточные славяне в VI-XIII вв.». Краткое содержание книги:
В 1132 г. Киевская Русь распалась на полтора десятка княжеств. Это было подготовлено историческими условиями — ростом и усилением городских центров, развитием ремесел и торговой деятельности, укреплением политической силы горожан и местного боярства. Возникла необходимость создания крепкой власти на местах, которая бы учитывала все стороны внутренней жизни отдельных регионов древней Руси. Боярству XII в. нужна была местная власть, которая могла бы оперативно выполнять нормы феодальных отношений.
Территориальное дробление древнерусского государства в XII в. в значительной степени соответствует ареалам летописных племен. Б.А. Рыбаков отмечает, что «столицы многих крупнейших княжеств были в свое время центрами союзов племен: Киев у Полян, Смоленск у Кривичей, Полоцк у Полочан, Новгород Великий у Словен, Новгород Северский у Северян» (Рыбаков Б.А., 1964, с. 148, 149). Как свидетельствуют археологические материалы, летописные племена в XI–XII вв. были еще устойчивыми этнографическими единицами. Родовая и племенная знать их в процессе зарождения феодальных отношений превратилась в бояр. Очевидно, что географические границы отдельных княжеств, которые образовались в XII в., были определены самой жизнью и прежней племенной структурой восточного славянства. В некоторых случаях племенные территории оказались весьма устойчивыми. Так, территория смоленских кривичей в течение XII–XIII вв. была ядром Смоленской земли, границы которой во многом совпадают с пределами коренного региона расселения этой группы кривичей (Седов В.В., 1975в, с. 256, 257, рис. 2).
Славянские племена, занявшие обширные территории Восточной Европы, переживают процесс консолидации и в VIII–IX вв. образуют древнерусскую (или восточнославянскую) народность. Современные восточнославянские языки, т. е. русский, белорусский и украинский, сохранили в своей фонетике, грамматическом строе и словаре ряд общих черт, свидетельствующих о том, что после распадения общеславянского языка они составляли один язык — язык древнерусской народности. На древнерусском (восточнославянском) языке написаны такие памятники, как Повесть временных лет, древнейший свод законов Русская Правда, поэтическое произведение Слово о полку Игореве, многочисленные грамоты и др. Начало сложения древнерусского языка, как отмечалось выше, определяется лингвистами VIII–IX вв. На протяжении последующих веков в древнерусском языке происходит ряд процессов, характерных только для восточнославянской территории (Филин Ф.П., 1962, с. 226–290).
Проблема образования древнерусского языка и народности рассматривалась в трудах А.А. Шахматова (Шахматов А.А., 1899, с. 324–384; 1916; 1919а). Согласно представлениям этого исследователя, общерусское единство предполагает наличность ограниченной территории, на которой могла выработаться этнографическая и лингвистическая общность восточного славянства. А.А. Шахматов предполагал, что анты — часть праславян, спасаясь от авар, и VI в. поселились на Полыни и Киевщине. Эта область и стала «колыбелью русского племени, русской прародиной». Отсюда восточные славяне и начали заселение других восточноевропейских земель. Расселение восточных славян на обширной территории привело к дроблению их на три ветви — северную, восточную и южную. В первые десятилетия нашего столетия исследования А.А. Шахматова пользовались широким признанием, а в настоящее время представляют чисто историографический интерес.
Позднее историей древнерусского языка занимались многие советские лингвисты. Последней обобщающей работой по этой теме остается книга Ф.П. Филина «Образование языка восточных славян», в которой основное внимание уделяется анализу отдельных языковых явлений (Филин Ф.П., 1962). Исследователь приходит к заключению, что сложение восточнославянского языка произошло в VIII–IX вв. на обширной территории Восточной Европы. Исторические условия оформления отдельной славянской народности остались в этой книге не выясненными, поскольку они в большей степени связаны не с историей языковых явлений, а с историей носителей языка.
Вопросами о происхождении древнерусской народности интересовались также советские историки, в частности Б.А. Рыбаков (Рыбаков Б.А., 1952, с. 40–62; 1953а, с. 23–104), М.Н. Тихомиров (Тихомиров М.Н., 1947, с. 60–80; 1954, с. 3–18) и А.Н. Насонов (Насонов А.Н., 1951а; 1951б, с. 69, 70). На основе исторических материалов Б.А. Рыбаков показал прежде всего, что сознание единства Русской земли сохранялось как в эпоху Киевского государства, так и в период феодальной раздробленности. Понятие «Русская земля» охватывало все восточнославянские области от Ладоги на севере до Черного моря на юге и от Буга на западе до Волго-Окского междуречья включительно на востоке. Эта «Русская земля» и была территорией восточнославянской народности. Вместе с тем Б.А. Рыбаков отмечает, что имелось еще узкое значение термина «Русь», соответствовавшее Среднему Поднепровью (Киевская, Черниговская и Северская земли). Это узкое значение «Руси» сохранилось от эпохи VI–VII вв., когда в Среднем Поднепровье существовал племенной союз под главенством одного из славянских племен — русов. Население Русского племенного союза в IX–X вв. послужило ядром для образования древнерусской народности, в которую вошли славянские племена Восточной Европы и часть ославяненных финских племен.