Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ

Роберт Страус был одним из самых ловких людей, которых я повидал за четверть века своей работы с ловкими людьми, иногда, правда, с большими оговорками, относя себя к их числу. Такой вывод я сделал уже в ходе моей первой встречи со Страусом, этим техасцем с характером игрока в покер по очень высоким ставкам, врачевателем Демократической партии[78] и одним из самых искусных адвокатов, когда-либо работавших на улице К-стрит в Вашингтоне[79]. И вот, наблюдая теперь за ним на Лубянке, всего в 30 метрах от выходившего окнами на площадь Дзержинского кабинета-музея Юрия Андропова, я убедился в том, что с первого момента был прав в отношении нового американского посла в Москве.

После утверждения Конгрессом кандидатуры Страуса в качестве посла Джорджа Буша в Москве я информировал его о Советском Союзе с позиций ЦРУ. Он сразу же создал непринужденную атмосферу, рассказав пару анекдотов о Дж. Эдгаре Гувере того периода, когда он сам работал в отделении ФБР в Далласе. Видимо, этим он хотел создать определенное настроение и одновременно показать мне, что тоже знает кое-что о моем мире.

— Я был молодым работником далласского отделения ФБР, когда Эдгар совершил одну из своих имперских поездок, — начал Страус, растягивая слова на техасский манер, привычный для меня с детства. — Я на машине встретил его и должен был показать ему город, но тут была одна загвоздка. Эдгар не любил, когда водитель делал левый поворот. Ему, видимо, не нравилось, когда его на повороте прижимало к борту, но хочешь не хочешь с этим приходилось тогда мириться. И вот мне пришлось изощряться, чтобы возить его по всему Далласу и не делать левых поворотов!

Я решил, что Боб Страус рассказывал мне не только о том, как он возил директора ФБР, но и как он проходил критические перекрестки своей жизни. Он также сообщил мне, как он, демократ, принял предложение президента-республиканца стать послом в Москве.

— Я сидел напротив президента в Овальном кабинете, и он попросил меня поехать послом в Москву. Я сказал, что не голосовал за него на последних выборах и, по-видимому, никогда не буду голосовать за него. Президент ответил, что это не имеет значения, и я нужен ему в Москве.

Пока я рассказывал ему об остановке, он перебил меня вопросом:

— Что я скажу Советам, если они спросят меня, почему президент остановил свой выбор на мне?

— Очень просто, — ответил я. — Скажите им, что президент направил вас в Москву не потому, что вы что-то знаете о России или как функционирует Советский Союз. Он направил вас потому, что вы знаете все о том, как работает Вашингтон.

Страус посмотрел на меня взглядом игрока, которому выпала хорошая карта, и сказал:

— Милт, ты мне нравишься.

И вот теперь, сидя рядом с этой старой лисой и наблюдая, как он общается с новым председателем КГБ Вадимом Бакатиным, бывшим министром внутренних дел, которого Горбачёв уволил, желая спешно дистанцироваться от либералов весной 1991 года, я понимал, что Джордж Буш направил в Москву именно такого человека, который был здесь нужен.