Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

Но вдруг, Янь Чжэнмин покачнулся и внезапно упал без чувств. Все змеи, как одержимые, разом устремились к нему.

Говорили, что заклинатели, достигшие уровня «формирования клинка», были жестокими до мозга костей. Это должно было отпугивать демонических существ и защищать их от всевозможных ядов. Однако, из чего бы ни были сделаны эти змеи, угрожающая аура Янь Чжэнмина их совершенно не сдерживала.

Они опасались лишь Шуанжэня, но, приблизившись к нему, попросту спасались бегством. 

Эти змеи не боялись ни огня, ни воды. Ветер не мог их разогнать. Их нельзя было разрубить мечом, а холод мог лишь заставить их отступить. Однако несмотря на то, что внутри башни Красной птицы царила прохлада и влажность, это место принадлежало стихии огня. Чэн Цянь был здесь совершенно бессилен. 

— Что это такое? — щебетала Лужа, хлопая крыльями. — Второй брат, разве ты не говорил, что пять элементов не только взаимно усиливают друг друга, но также и противодействуют друг другу, создавая равновесие? Что с ними не так? Почему нас постоянно преследуют какие-нибудь вредители? Может быть, наш старший брат недавно сменил свои благовония и привлек их?

К счастью, Янь Чжэнмин еще не очнулся, иначе, услышав эти слова, он наверняка поджарил бы ее и съел.

Сердце Чэн Цяня слегка дрогнуло. Он вдруг вспомнил фразу, сказанную Тан Чжэнем: «Пять элементов взаимно усиливают и взаимно противодействуют друг другу. Только внутренний демон непобедим и может проникнуть куда угодно. Ты можешь быть смелым и находчивым, но ты не сможешь это предотвратить и не сможешь ничего с этим сделать».

Не медля ни секунды, Чэн Цянь выпустил свою ауру. Отбросив человечность, он освободил свое сердце от всех отвлекающих факторов. Очистившись, его тело превратилось в замерзший нефрит. 

Эффект не заставил себя ждать. Змеи перестали считать его живым. Теперь он ничем не отличался от ледяного клинка, которого они так старательно избегали. Борясь со свирепой огненной энергией, окутавшей башню Красной птицы, Чэн Цянь заморозил ее как изнутри, так и снаружи.

Каменная статуя Сюй Инчжи покрылась тонким слоем льда. Казалось, в башне началась метель. Поднявшийся ветер разметал всех змей по углам, словно осенние листья. Вдруг, Чэн Цянь краем глаза заметил черную тень, изо всех сил стремившуюся проникнуть в единственный оставшийся внутри источник тепла: в маленькую масляную лампу.

Именно этого Чэн Цянь и ждал. Взмахом меча он разрубил тень пополам.

Под звуки гремевшего снаружи колокола, обе половины черной тени вытянулись и слились в одну, образуя фигуру взрослого человека. У человека было очень знакомое лицо. Свирепо улыбнувшись, тень сказала Чэн Цяню: 

— Третий брат, ты собираешься убить меня, чтобы отомстить за себя? 

Рука Чэн Цяня, державшая меч, внезапно дрогнула. Острие клинка, словно морская волна, изменило свое направление и прошло мимо цели. Удар пришелся на черепичную крышу пагоды, и идеальная маскировка темного заклинателя внезапно рухнула. Демон тихо рассмеялся и шагнул вперед. Взгляд его ярко-красных глаз встретился с пристальным взглядом Чэн Цяня. Расстояние между ними было меньше вытянутой руки.