Музыка Имматериума

— Кристина, на шеях, телекинез, сорви, — бросил я в свете и ветре тяня руку к поясу.

Но ни варпа мы не успели — торгаш дёрнулся чертовски быстрым движением сорвал амулет, повернул шею на сверхзвуке, с отчётливым хрустом ломаемых позвонков. А рот демонхоста разорвала окровавленная ухмылка.

— Владыка… — только и успел сказать демонхост, явно хотел пафосность задвинуть.

Кристина тем временем сорвала с трахателей амулеты и… я почувствовал прорываемые пузыри варпа. Не демонхосты, а варп подери, варп-бомбы!

И тут у меня аж сопроцессор задымился. Потому что в секунду пришлось делать столько, что страшно. А именно, рвать в клочья набухающие пузыри прорыва имматериума. Отдавать команду ухваченному талмуду на поглощение демонхоста. И ещё отдавать приказ Кристине, заблокировать помещение и бомболюбовниц в материуме.

Книжка, получившая ударную дозу святости, аж воспылала в прямом смысле слова, выбросила цепи, пробившие демонхоста, начала поглощать его. Тот рыпался, но было это бессмысленно, хотя держался, паразит. И рваная ухмылка была весьма поганой и не пропала.

— Перемены не остановить… — успел изрыгнуть демонхост, прежде чем был поглощён.

— Мы ещё подискутируем на эту тему, — чертовски изящно и пафосно, своевременно и стильно ответил я книжке, занявшей место на поясе доспеха.

— Атака, смертники! — раздалось вокс-связью.

— Валите их в варп, сейчас буду, — бросил я… и ударился мордой в пси-купол, а от Кристины шибануло ужасом. А через секунду я и сам почувствовал, точнее получил данные. Округа в варп взрывалась! Причём весьма добротно и качественно, не ядерный заряд, но близко, как бы не плазменная бомба, отстранённо подумал я, фактически силой выдирая из себя энергию и впихивая Кристине — не помешает.

Не из-за меня: мой щит был при мне, а из-за неё — тереньтетка из опасения за меня сделала, точнее, возможно сделала глупость. Забыла о пустотном щите (хотя, варп знает, выдержал ли он взрыв плазменной бомбы — мог и не удержать, согласно мне известному). Так что и из-за меня, а девочка всё правильно сделала, отстранённо отметил я.

А вокруг нас разверзся плазменный ад. Потоки высокотемпературной плазмы, электромагнитная буря… в общем, это мы удачно заскочили, не мог не отметить я.

Впрочем, пламя вскоре опало, отрыв нам зрелище пылающего расплавленным всем котлована. Мы же висели в паре десятков метров над озером расплавленного металла и камня.

— Это местные еретики жгут, — изящно отметил я. — Как ты, Кристина?

— Прекрасно, Терентий, спасибо вам! — светилась расплавленным золотом глаз и нетопыриных крыл Кристина.

— Тебе спасибо, — улыбнулся я. — Аколиты, если кто-то считал…

— Вы живы, Терентий, хвала Омниссии! — выдал Эльдинг, да и прочие высказались в том же толке.

— Я жив, Кристина жива, — отметил я. — А вот вы… Кто?! — с понятным волнением уточнил я, тут же сам себя успокоил, хотя потеря четырёх штурмовиков тоже весьма печальна. — Примите соболезнования, Роберт.