Адам и Ева: искушение любовью

– Как же ты меня достал, Адам, – зло выдохнула и рухнула на ближайший табурет. Никогда бы не подумала, что лишившись этого примитивного якоря буду чувствовать себя потерянной.

– А вот так?

Мужчина расстегнул рюкзак, который я ранее не заметила. В нос ударил запах специй и соусов, что-то китайское? Угадала. Желудок радостно уркнул, вновь обретя надежду на вкусный ужин.

– Доставай тарелки, голодающая мышь. Надеюсь ты ничего не имеешь против острого жареного риса и говядины по-сычуаньски. И еще, – достал термос. – Надеюсь, ты пьешь.

– Что это?

– Понюхай. – открыл крышку и протянул мне.

Приятный медовый запах коснулся носа, дразня, тепло напитка странно умиротворяло.

– Это байцзю. Китайская водка. В данном случае, медовая. Я взял самую легкую. Пить лучше чуть подогретой.

– Никогда не пробовала, – еще раз принюхалась и с недоверием глянула на Адама. – Но зачем?

– У меня от твоего напряжения в ушах звенит. Хочу, чтобы ты расслабилась.

Он пожал плечами и сам принялся накрывать на стол, ведь я так и не удосужилась пошевелиться. На мгновение стало неловко, все-таки я тут девушка, могла бы тарелки на стол поставить. Но Адам был явно далек от условностей, поэтому бодро расставлял тарелки, раскладывал приборы и при это казался таким…домашним. Возможно ли быть одновременно потусторонним, невероятно привлекательным, сумасшедшим и домашним? Я не знаю, но ему на моей кухне это удалось.

– Кушать подано, Мышка, – он разорвал пакет на деревянных палочках для еды и протянул их мне.

– Спасибо, – в каком-то полусне взяла в руки палочки и мысленно поблагодарила Лизу за то, что она много лет назад научила меня ими пользоваться. Не стану делать вид, что не сопротивлялась. Очень даже сопротивлялась. Но сегодня под пристальным карим взглядом подцепила ими приличный комок вязкого риса и с удовольствием сунула в рот.

Адам удовлетворенно кивнул и попробовал тоже, а после разлил по стаканам прозрачную жидкость (стопок у меня не нашлось). Я смотрела на свой стакан с подозрением.

– А мне можно?

– Сегодня разрешаю. Я подобрал напиток, который минимально повлияет на действие препарата. Пей.

Не стала ничего отвечать, просто взяла и осушила стакан. Горло обожгло горечью вперемешку с медовой сладостью. Новое осознание ударило больнее – я не пила уже много лет, с того самого дня. Опрокинула еще стакан. Ломать ритуалы, так ломать.

– Смотри не напейся.

– А ты разве не этого добиваешься? – налила себе еще и положила в рот немного риса.

– Не совсем. Я хочу понять, что случилось и помочь тебе вернуться в мир нормальных людей. Не знаю, почему ты все еще завязана на ритуалы, – он красноречиво глянул на холодильник, догадался значит, – но это неправильно. Я обычно убираю их, когда человек приходит в норму, иначе таких вот панических атак не избежать.