Бесноватый Цесаревич 6 [СИ]

Но вернёмся к графу. Если говорить откровенно, то он болен. Я понимаю, что в молодости человек пережил личную трагедию, которая и сподвигла его стать рыцарем. Но был в его действиях некий перебор. Паоло на каком-то генетическом и даже зверином уровне ненавидел мусульман. Особенно это касалось североафриканцев и турок. Он и не скрывал, что убивал их с радостью. А нынешняя фабрика по фактическому уничтожению целого народа делала его просто счастливым человеком. Грешен, но систему функционирования лагеря предложил именно я. Граф же её усовершенствовал и внедрил на практике.

И вот после семи лет, можно сказать, что проект начал функционировать. Начали мы с Киренаики, как наиболее пригодной провинции для сельского хозяйства. Но постепенно работы перекинулись на запад. В данный момент действуют сотни отрядов, разбросанных по огромной территории. Часть сажает деревья и кустарник, другая роет каналы и строит фермы. А ещё мы скоро завалим апельсинами и лимонами юг России. Флот уже давно не испытывает проблем с витаминами, пора двигаться дальше и замахнуться на всю страну.

– Вам их не жалко? – киваю на худющего мужика неопределённого возраста, рухнувшего на землю.

Никто из его собратьев по несчастью, даже не думал помогать. Только два охранника, явно итальянцы, выдвинулись в сторону бедолаги. Наверное, это обыденность, так как работы не прекращались.

– «Ислам основан на законах Пророка, и в Коране написано, что все страны, которые не признают Коран – грешники, поэтому мусульмане не только вправе, но и обязаны вести с ними войну, где бы они не находились. Мусульмане обязаны делать рабами всех грешников, которых они могут захватить в качестве пленников, а любой мусульманин, убитый в бою, обязательно попадёт в рай, поэтому потерь они не боятся», – вдруг процитировал граф с абсолютно отстранённым лицом, – Это слова последнего ливийского дея Юсуфа Караманли[4]. Я, тогда как раз привёз выкуп за пленников с захваченного пиратами корабля, и выслушал много подобных изречений. Часть несчастных мне даже разрешили выкупить. Кто выжил и кого не разобрали по гаремам.

– А? – не хотел я лезть в душу, но как-то вырвалось само собой. Но граф меня понял.

– Я лично убил её и рождённых ублюдков, когда был взят штурмом Триполи девять лет назад. А дей, когда понял, что сейчас в его грязную жопу вонзится кол, начал верещать совсем иное. Многие из этих нечестивых ублюдков вдруг становятся иными людьми, когда смерть смотрит им в лицо. Это же не грабить, убивать, насиловать и оскоплять беззащитных.

Это было страшно. В этом мире я повидал многое. Но никогда мне не доводилось видеть абсолютно безумные от отчаяния глаза. Не знаю, как Колонна умудряется жить с такой ношей, но я его точно не осуждаю. А вообще люди – это самые мерзкие и злобные звери на нашей планете. И ведь убиваем мы часто просто так, без всяких причин.