Избранные произведения. II том

— А разве вы знаете греческий, господин де Коконнас? — спросил Ла Моль, пристально глядя на собеседника.

— Я-то не знаю, но мой наставник знал и усиленно советовал мне побольше рассуждать о добродетели, если я буду при дворе. Это, говаривал он, производит прекрасное впечатление. Так что, предупреждаю вас, — по этой части я собаку съел. Кстати, вы не проголодались?

— Нет.

— А мне казалось, что в «Путеводной звезде» вас очень соблазняла курица на вертеле. Ну, а я умираю с голоду.

— Вот вам, господин де Коконнас, отличный случай применить к делу ваши доводы в защиту добродетели и доказать преклонение перед Плутархом, ибо этот великий писатель говорит в одном месте: «Полезно упражнять душу горем, а желудок — голодом» — Рrероn esti ten men psuchen odune, ton de gastera limo askeyn».

— Вот как! Вы, стало быть, знаете греческий? — с изумлением воскликнул Коконнас.

— Честное слово, знаю! — ответил Ла Моль. — Меня мой наставник выучил.

— Черт побери! Ваша карьера обеспечена, граф: с королем Карлом вы будете сочинять стихи, а с королевой Маргаритой говорить по-гречески.

— Не считая того, что я могу говорить по-гасконски с королем Наваррским, — со смехом добавил Ла Моль.

В эту минуту в конце галереи, ведущей к покоям короля, отворилась дверь, раздались шаги, и из темноты стала приближаться тень. Тень приняла очертания человеческого тела, а тело принадлежало командиру стражи — господину Бэму.

Он посмотрел в упор на молодых людей, чтобы узнать своего, и жестом пригласил Коконнаса следовать за собой.

Коконнас помахал Ла Молю рукой.

Бэм провел Коконнаса до конца галереи, отворил дверь, и они очутились на верхней ступеньке лестницы. Тут Бэм остановился, огляделся и спросил:

— Каспатин де Гогоннас, фы где шивет?

— В гостинице «Путеводная звезда», на улице Арбр-сек.

— Карошо, карошо! Эта два шаг от сдесь… идить скоро-скоро фаш гостиниц. Ф этот ночь… Он снова огляделся.

— Так что же в эту ночь? — спросил Коконнас.

— Так ф этот ночь, — ответил он шепотом, — фы ходить сюда с белый крест на фаш шляпа. Пароль для пропуск пудет — «Гиз». Тс! Ни звук!

— А в котором часу должен я прийти?

— Когта фы услышить напат.

— Напат? — переспросил Коконнас.

— Напат, напат: пум! пум! пум!..

— А-а, набат!

— Я так и скасал.

— Хорошо, приду, — ответил Коконнас и, поклонившись Бэму, отправился восвояси, втихомолку рассуждая сам с собой:

«Что все это значит и какого черта будут бить в набат? Э, да не все ли равно! Я остаюсь при своем: этот господин Бэм — очаровательный немец. А не подождать ли мне графа де Ла Моля? Да нет, не стоит: он, может быть, останется ужинать у короля Наваррского».

Коконнас пошел прямо на улицу Арбр-сек, куда его как магнитом притягивала вывеска «Путеводной звезды».