Сочинения в четырех томах. Том 3
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- Переводчик: Михаил Иосифович Гилинский
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
В третий том вошли романы «Перелом» и «Ставка на проигрыш».
— Мне не нравится, как он на меня смотрит, — сказала Этти, явно неудовлетворенная моим объяснением.
— Я попрошу его больше так не делать.
— Попрошу! — в отчаянии вскричала Этти. — Где это слыхано, чтобы ученика просили вести себя прилично по отношению к главному конюху?
— Я обязательно ему скажу, Этти, — ответил я.
— И не забудьте сказать, чтобы он перестал так вызывающе держаться с другими наездниками, они крайне недовольны. И скажите, чтобы ухаживал за своей лошадью после проездки, как все.
— Мне очень жаль, Этти. Но думаю, он не станет этого делать. Придется приставить к нему Джорджа. Естественно, за прибавку к жалованью.
— Конюх не обязан… обслуживать ученика, — сердито сказала Этти. — Это неправильно.
— Знаю, Этти, — согласился я. — Знаю, что неправильно. Но Алессандро — не обычный ученик, и мне бы хотелось, чтобы вы рассказали всем нашим наездникам и конюхам, что отец его платит кучу денег за обучение, потому что в голове у парня засела романтическая мысль стать жокеем. Наверняка он скоро одумается, уйдет от нас, и тогда все встанет на свои места.
Она неуверенно на меня посмотрела.
— Если он не будет ухаживать за лошадьми, это не настоящее ученичество.
— Детали контракта оставляются на усмотрение подписывающих его сторон, — с сожалением в голосе сказал я. — Если я не возражаю против того, чтобы ученик занимался только верховой ездой, значит, ему необязательно ухаживать за двумя лошадьми. Поверьте, я сам отношусь к таким вещам неодобрительно, но что делать, если конюшням это выгодно?
Этти успокоилась, но все еще оставалась недовольной.
— Вы могли бы посоветоваться со мной, прежде чем соглашаться на такие условия.
— Вы правы, Этти. Мне очень жаль, что так получилось.
— А ваш отец знает?
— Конечно, — сказал я.
— А, ладно. — Она пожала плечами. — В таком случае попробуем что-нибудь придумать. Но, боюсь, дисциплина сильно пострадает.
— Ребята привыкнут к нему за неделю.
— Они обозлятся, если узнают, что он будет участвовать в скачках.
— Сезон открывается через месяц, — мягко сказал я. — Давайте посмотрим, как у него пойдет дело, ладно?
Вопрос был отложен до того дня, «когда мне придется разрешить Алессандро участвовать в скачках, как бы плох он ни был, и как бы этого счастливого шанса не заслуживали другие.
Этти посадила Алессандро на довольно спокойную кобылу-четырехлетку, и хотя это был значительный шаг вперед после старика Индиго, молодой Ривера остался недоволен. Со скорбным презрением он выслушал мою просьбу не глазеть на Этти и огрызнулся на предложение рассказать конюхам, что отец будто бы платит за его обучение.
— Это неправда, — надменно заявил он.
— Поверьте мне, — с чувством сказал я, — если бы это было правдой, вас бы здесь не было. Предложи ваш отец хоть фунт стерлингов в минуту.
— Почему?
Он покачал головой, но я не сомневался, что он врет.
— Алессандро, — сказал я, — чем бы ни грозил ваш отец, какие бы шаги не предпринял, вам удастся стать жокеем лишь в том случае, если конюшни останутся в неприкосновенности. Если ваш отец уничтожит их, вам просто не на ком будет побеждать в скачках.
— Он заставит другого тренера, — последовал уверенный ответ.
— Ну уж нет, — твердо заявил я. — Если это произойдет, я предоставлю факты Жокей-клубу, у вас отберут права и больше вы никогда не сможете участвовать в скачках.
— Он убьет вас, — спокойно ответил Алессандро. Казалось, подобная мысль не смущала его и не внушала отвращения.
— У моего поверенного лежит письмо с описанием всего, что произошло, включая и разговор с вашим отцом. Если он меня убьет, письмо будет вскрыто. Думаю, у него начнутся большие неприятности. А вы, конечно, будете дисквалифицированы на всю жизнь, и во всем мире не найдется места, где вы могли бы стать жокеем.
Его самоуверенность постепенно превратилась в замешательство.
— Ему надо было самому с вами поговорить, — пробормотал он. — Он сказал, что вы будете вести себя совсем по-другому. Вы меня сбиваете… Он сам с вами поговорит.
Он резко повернулся и, чеканя шаг, направился к блюстителю «мерседеса». Терпеливый шофер, который не отлучался от машины ни на минуту за все время тренировок, увидев, что Алессандро устроился на заднем сиденьи, завел мурлыкающий мотор, и «мерседес» умчался, визжа резиной «мишлен».