Обжечься светом

– Я скоро.

На прощание София поцеловала меня в лоб, будто измеряла температуру. А Макс правда сдержал обещание, быстро вернулся. Устало опустился в единственное кресло в этой комнате.

Чувствовалось напряжение и недовольство. Или это все же усталость?

– Макс, я должен был тебе кое-что рассказать, – я обратился к нему, но мой друг не смотрел на меня. Он неохотно поднялся, прошел в гостиную. Послышался звон ключей о стеклянную поверхность. Затем он вернулся ко мне.

– Мне позвонил твой отец и сказал, что пытается тебе помочь, – развязывая галстук, он прошелся по комнате мимо источника света. – Рассказал, что ты встречался с какой-то женщиной, и она напичкала тебя таблетками!

–Да, я в тот день хотел тебе рассказать…– я с волнением пытался оправдаться, но он не обращал на мои слова внимания.

–И если я хочу, чтоб ты пришел в себя, то нужно проследить, чтоб больше ты ничего не принимал, – теперь он посмотрел на меня.

– Ты встречался с ним? Это он так сказал? – я удивился или испугался.

– Нет, я не виделся с ним. Он позвонил. Мне! Как ни в чем ни бывало!

Вряд ли я имел право сейчас задавать вопросы.

–Знаешь, кто она? – достав из кармана пиджака фото блондинки, он положил его передо мной.

– Да, знаю, – спокойнее ответил я.

–Нет, – начал он с возбуждением в голосе. – Уверен, не знаешь! Это наш новый партнер. И нечего тут рассматривать!

– Что это значит? – я взял фото в руки. Это определенно была она. На фото она выглядела моложе, как моя сверстница, но слишком серьезная.

– Это значит, что наша с тобой компания заключила договор, по которому они вложились в нас и мы им предоставляем права на следующие совместные проекты. Ты понимаешь, что это значит? – он не дал мне вставить слово. – Тебя подкарауливают у дома, на работе, знают твои слабые места и тянут руки, наверняка грязные, в наши дела. Нас поманили как наивных детей оберткой конфеты! Я не могу сейчас повернуть назад. Чтобы вернуть их инвестиции и неустойку нам не хватит, даже если продадим все продадим! Ты подумай о наших сотрудниках, – он сел в кресло.

– Макс.…Это с ней я виделся! – произнес почти про себя.

Мы обо молча сидели каждый со своей собакой, которая грызла изнутри. Меня, за то, что не был честен с Максом, и его за то, что своей подписью поставил точку и за то, что не заметил, что я умалчиваю от него и что со мной что-то происходит. Хотя здесь не его вина.

Потом я будто опомнился:

– Так это отец?

– На него это не похоже, но я не удивлен, хотя это разница с его звонком. Но это, скорее всего, для отвода глаз. Не знаю с кем он сейчас работает и где. Во всяком случае его имени, если ты помнишь, в документах мы не встречали.

– Верно.

– И еще, Эд, самое важное: кто мог раскрыть шторы здесь и оставить свет? Надеюсь, это не твоих собственных рук дело?!