Королевский двор Франции в эпоху Возрождения

Современная французская исследовательница Ж. Барбье вместе с тем подчеркивает, что Palatium — слово, используемое в актах меровингских королей — на деле означало не только их ближайшее окружение. Помимо этого, бесспорно, речь идет о Дворце как административном центре королевства; месте репрезентации и осуществления высшей власти; наконец, как комплексе зданий и сооружений (вилл, поместий), которые являлись местопребыванием королей и их дворов[117].

Главным источником по истории каролингского двора считается сочинение епископа Реймсского Хинкмара, оставившего нам «De ordine palatii — О дворцовом порядке», датируемое 882 г. и адресованное молодому королю Карломану II, в котором описаны обязанности главных королевских придворных служителей-палатинов времени Карла Великого[118]. Однако в этом сочинении епископ сам признается, что в основу своего труда положил книгу «мудрого старца Адалъгарда, родственника государя — императора Карла Великого, аббата Корвейского монастыря», который, в свою очередь, надо полагать, отразил и реалии двора предыдущей династии[119].

О дворе Меровингов, его структуре и должностях известно совсем немного, однако даже отрывочные сведения позволяют понять, что дворцовая система функционировала вполне слаженно, с закрепленными за каждым должностным лицом обязанностями и полномочиями, представляя собой, по словам Н.И. Кареева, «смешение домохозяйственных и государственных отношений»[120]. Д.Н. Старостин настаивает также на фамильно-государственном начале власти Меровингов, чей двор существовал как большой, хорошо организованный семейный дом[121]. Более того, семья Пипинидов-Каролингов, в VII в. фактически овладевшая должностью майордома, передаваемой из поколения в поколение, сумела придать дополнительный порядок Palatium, подготовив организационно — политические условия для обретения королевской короны в 751 г.[122] Королевские резиденции-поместья, «дворцы», прообразы будущих королевских замков, также были тесно встроены в функциональную систему двора, что показали недавние труды М.В. Землякова[123]. Именно Palatium станет цементирующей основой огромного территориального пространства будущей Каролингской империи, а также, по словам английского историка С. Эрли, «ключевым институциональным компонентом двора, организатором государственной политической памяти»[124]. Нидерландская исследовательница М. де Йонг также обратила внимание на то, что с конца VIII в. в документах эпохи слову Palatium зачастую предшествовало Sacrum — формула, обозначающая претензии верховной власти на превращение Дворца в сакральное пространство, а монарха — в главного носителя и хранителя священного начала этой власти[125].