Обмененные души

— Ладно, давай встретимся и поговорим, хотя я не очень понимаю, о чём, — вздохнула она, — Я знаю только ресторан "Чаплин". Можешь заказать там столик, я подойду.

— Сейчас меня интересует только одно, — сказал ей Ярослав после того, как они выпили по бокалу вина и отведали лёгкие закуски, — Как?!

— Что — как? Я не понимаю тебя.

— Вот и я о том. Ты же ни черта не понимаешь. У тебя реальная амнезия, ты даже учебник по природоведению едва одолела, с руки у меня и у Игнатьевны ела, Никите Игоревичу по уму даже в подмётки не годишься. Так ответь мне — как? Как тебе удалось всех нас околпачить?

— Ярослав, мы с тобой будто из разных миров, — посмеялась мысленно Филис, — Я абсолютно никого не колпачила. Колпачить кого-то — противоречит моему аристократическому воспитанию. Наоборот, я делала только так, чтобы всем было хорошо.

— Кому — всем? Тебе, ты хотела сказать?

— Вовсе нет. Я бы сейчас жила себе спокойно в богатом доме, получала дивиденды от своих акций и тихо занималась своими поисками магии. Но другим от меня постоянно что-то было надо, причём редко кто говорил мне об этом прямо. Вот смотри, — и Филис, подобно некогда Ярославу, растопырила перед ним ладошку и стала загибать пальцы, — А. Как я услышала из твоего разговора с женой, ты очень скучаешь по своей семье, и со мной рядом тебя держат только акции, по поручению твоего дяди, который хочет остаться в белом, а тебя испачкать в навозе.

— В дерьме, — поправил Ярик, — Но ты продолжай, продолжай. Интересно.

— Партнёры Егора давно хотели купить у меня эти акции. Вот я и сделала всем хорошо. Теперь у них — акции, ты — вместе со своей семьёй, и не в… этом, а твой дядя — как был весь в белом, так и остался. Хорошо ведь? Бэ. Вера Игнатьевна предала меня и почему-то за это на меня ещё и обиделась. Я не хотела больше огорчать матушку своим присутствием возле неё. Поэтому съехала из дома, где она живёт. Теперь ей хорошо, я больше её не расстраиваю. Вэ. Инга Львовна говорила о том, что я не должна занимать дом, где она жила с Егором, и что она собиралась за него замуж. И мы ведь действительно после смерти её мужчины выгнали её из этого дома, из-за чего Инга очень переживала. Я сделала и ей тоже хорошо. Теперь она заселяется обратно в свой дом.

— Смотрю на тебя и поражаюсь, — покачал головой Ярик, — сидишь, вся такая наивная, глазками хлопаешь… И не врёшь ведь. Видимо, и впрямь — на всякого мудреца довольно простоты. На знаю больше случаев, когда бы планы моего дяди проваливались, да с таким треском. Понимаешь, ты должна была выйти за меня замуж. Должна. Любая на твоём месте побежала бы. Через месячишко я бы с тобой развёлся и отсудил бы у тебя акции, доказав, что уработался с ними по самое не хочу, пока ты за мой счёт по заграницам на яхте каталась. Но — нет. Ты и замуж не вышла, и акции продала. Дальше Никита Игнатьевич поручил мне всё то же самое провернуть с Ингой. Мы бы признали её право на всё наследство через суд, а дальше — по прежней схеме. Она бы ещё благодарна была, что осталась с одним домом. Но и тут — облом. Ты уже продала ей дом, да ещё умудрилась настроить её против меня и дяди так, что от неё только ругань в нашу сторону и слышится. И это уж я не говорю про твою свекровушку. Там в доме сейчас свой цирк с медведями разворачивается, Вера на себе уже поди волосы рвёт, что не была с тобой ласкова.