Кодекс выживания

Вырезав почку, я едва не блеванул. Вонь, загустевшая кровь, скользкие органы. Всё это пыталось позвать мой завтрак на прогулку. Но необходимость в калориях оказалась сильнее и сдержала его внутри желудка.

Но разрезать почку я не стал. Спустился в подвал ещё за одной бутылкой пива. Несмотря на длительный перерыв и относительно голодный организм, алкоголь пока не вызывал опьянения. Разве что небольшое расслабление.

После третьей баночки мысль о потрошении мутанта уже не была такой отвратительной, и я всё же разрезал изъятый орган.

Лучше бы я этого не делал.

Вонь усилилась в несколько раз. Даже Арина, сидевшая далеко услышала этот запах. Завтрак снова попросился наружу, и в этот раз я не смог его сдержать.

Проблевавшись, решил выпить свежей воды. Достал ведро из колодца, напился сам, напоил товарищей, а потом вылил эту воду в другое ведро и бросил туда разрезанную почку. Вонять почти перестало. А на дно ведра опустился маленький камушек.

Я достал его и внимательно рассмотрел. Размером с крупицу гречки, формой тоже похож, а цвет бледно-фиолетовый, как у того светящегося метеорита. Этот тоже немного светился, но не так ярко. Если осколок можно сравнить по яркости с угасающим угольком жара в костре, то этот камушек больше напоминал фосфорную кнопку на пульте, свет которой только выдавал её присутствие, но не освещал ничего вокруг.

И что, я должен это просто сожрать?

Стрёмно, если честно… Что если я таким же мутантом стану, а рейдеры порадуются, когда выпотрошат меня. Нет, жрать её не стану, пока не узнаю об этом чуточку больше. А спрячу её в чехле телефона. Я по привычке таскаю его с собой, хоть он и не работает.

То же самое проделал и со второй почкой, но уже без процедуры очищения желудка. Во второй почке нашёлся такой же крохотный камушек.

Арина наблюдала за мной издалека, но, когда увидела, что я достал что-то из ведра и спрятал в чехол телефона, начала странно себя вести.

Девушка ощупала грудь, причём так тщательно, как даже я не стал бы, при всём своём накопившемся желании.

Потом она стала осматривать лавочку, где загорала и траву вокруг.

— Что-то потеряла? — спросил я подходя.

— Не твоё дело! — грубо рявкнула она.

— Эй, мы же вроде договорились не грубить друг другу.

— Отвали, я не в настроении…

Псинка принесла мне тот самый камушек, который я оставил в доме, но не смог потом найти. Только он уже не светился и вообще никак не отличался от обычного щебня. Но это точно он, я запомнил его форму и размер.

— Не это ищешь? — спросил я Арину, показывая камушек.

— Ах ты… Ворюга! Отдай! — взбесилась она.

— Это я ворюга? Ничего не хочешь рассказать? — удивился я.

— Не хочу, дай сюда, мудило! Я всё парню своему расскажу!

— Тебе бы очень пошла фраза «моя прелесть». Можешь сказать ещё с таким придыханием?

— Что ты несёшь! Я нашла это в доме бабушки!

— И ты не видела, как я возился с этим камнем?

— Нет!

Я продолжал сверлить её взглядом, как родители смотрят на завравшегося ребёнка, зная всю правду.