Фуллер

Ведь я не могу жить под его крышей слишком долго.

И дело даже не в том, что мне неудобно стеснять мужчину. Хотя, и это тоже играло немаловажную роль.

Дело было в пресловутом страхе. Подсознательно я каждую секунду ждала от мужчины подвоха. Он же не просто так привез меня к себе?

В общем, у меня была уйма вопросов, предположений и ни единого ответа.

Эти проблемы я предпочла не озвучивать при брате. А когда истекло отведенное для посещения время, я вышла из палаты, перед этим крепко (насколько позволяло самочувствие) обняв Феликса на прощание.

Он будто что-то заподозрил: сурово взглянул на меня, задержал, перехватив ладонь.

— Все хорошо? — спросил Феликса, а я фыркнула.

— Ну что со мной может быть не так? — улыбнулась я брату максимально спокойно. — Поправляйся! Я завтра приеду!

— Буду ждать! — кивнул братишка. — И телефон заряди. Не могу тебе дозвониться с самого вечера.

— Хорошо! — кивнула я, понимая, что мой телефон не просто разрядился, а сгорел в квартире вместе с остальными вещами.

Я старалась улыбаться. Но на крыльцо клиники вышла со слезами на глазах. Стало вдруг себя жаль. А я ненавидела это чувство.

Смахнув набежавшие слезы, поискала взглядом машину Гоши. Но приятеля нигде не было видно. Зато внимание моментально привлек красивый автомобиль с полосами на капоте. Рычание двигателя было слышно даже на расстоянии. И я подумала, что такого автомобиля стоит бояться.

Я бы ни за что не села в салон. Но пришлось.

Автомобиль приостановился рядом с крыльцом. Водитель дотянулся до ручки с пассажирской стороны. Передняя дверь распахнулась, а мужчина отвернулся, глядя прямо перед собой.

Вполне возможно, придет день, и я не пожалею, что не прибила Фуллера шокером еще в первую встречу. Возможно. Но поскольку день еще не наступил, то мне пришлось молча сесть в машину и осторожно прикрыть за собой дверь.

Я не успела пристегнуть ремень безопасности, а двигатель автомобиля уже зарычал еще громче, и меня вжало в спинку кресла.

— Мамочки! — прошептала я, лихорадочно пытаясь нащупать защелку на ремне безопасности, но внезапно онемевшие пальцы оказались очень непослушными, чужими.

Фуллер управлял автомобилем в полной тишине, даже музыку не включил. И мне казалось, что мужчина слышит не только мое сбившееся от страха дыхание, но и мои тревожные мысли.

Спустя целую вечность стремительной езды по трассе, я с облегчением выдохнула, когда автомобиль замер перед высокими воротами, ведущими в гараж «Фуллерита».

— Знаете, мне кажется, что я могла бы пожить в другом месте, — произнесла я неуверенно.

Фуллер промолчал, но двигатель его машины вдруг угрожающе зарычал, словно дикий и необузданный зверь, готовый растерзать меня в клочья.

Я втянула голову в плечи. Неясный страх подкрадывался ко мне, заставляя чувствовать себя добычей того самого хищника, что жил не только в сердце автомобиля, но и в душе его хозяина.

Фуллер продолжал хранить молчание даже когда автомобиль замер в стенах гаража. Я хотела выскочить из салона, но дверца не поддавалась. Усилием воли я подавила рвущийся крик о помощи. Я сама не знала, отчего так испугалась. Было что-то жуткое в этом человеке, сидящем за рулем мощного автомобиля.