Свет и Тень. Разговоры с Джимми Пейджем

Микки был очень успешным, но он хотел чтобы уже к десяти часам была фонограмма минус, в двенадцать обед, до пяти наложить вокал и свалить домой к ужину. Он думал только о синглах и не парился на счет альбомов. Обычно он говорил: “Вы ребята, на альбоме, можете делать всё, что хотите, но только на это у вас есть определенное количество времени”. Но, у нас, опять таки, было секретное оружие в лице Джимми со всеми его техническими навыками. Поэтому мы сочинили и записали отличный альбом, и, на мой взгляд, это лучшее, что когда-либо выходило в эпоху Микки Моста. Альбом был местами грубоват, местами крут, но он опережал свое время.

Как и в случае с “Happenings Ten Years Time Ago” должно было пройти время, чтобы он дошел до сердца.

Вы можете видеть, как умен был Джимми уже тогда. Даже будучи в Yardbids, он знал что времена менялись, и синглы уходили в прошлое. Он видел, что альбомы приобретают большую значимость, и был сфокусирован на том, чтобы передать всю палитру группы. Это у него потом получится реализовать в Led Zeppelin, где он доказал свою правоту.

Я не прошу жалеть меня, но мне хотелось, чтобы Yardbirds продолжались. Я бы прошел через те двери вместе с Джимми и Yardbirds. Думаю мы были круты в формате четырех. Мы стали больше, жирнее и, в своем роде, креативнее. Джимми вдохнул в группу жизнь. Но к тому моменту у нас были два парня, которым этого было уже достаточно. Они хотели играть то, что я называю “музыкой воды”, ну или нью-эйдж. Мне это не нужно было, а они хотели этим заниматься. И вот во время последнего тура они через поверенного расторгли контракты, заявив “больше никаких туров и большое спасибо”.

Джимми был расстроен, но он уходил с карманами, набитыми идеями, собранными за восемнадцать месяцев. А я немного притомился с дороги. В эту группу я пришел в пятнадцать лет и уходил в двадцать один, все еще оставаясь очень молодым. Если я и хотел с кем-то играть, то только с Yardbirds. Моей другой большой любовью была фотография. Я не знал, что мне готовит будущее, но устал каждое утро просыпаться в компании алкоголика или наркомана. Я больше не мог этого делать. Я хотел на какой-то период спланировать более или менее четкое будущее, и фотография полностью для этого подходила.

Я знал, что Джимми хотел продолжать, и у Yardbirds были запланированы какие-то концерты в Скандинавии, которые нужно было отыграть. А поскольку Yardbirds уже не существовало, Джимми хотел собрать новую группу и выступить в те даты. Я ездил с Питером и Джимми в Бирменгем посмотреть на Роберта Планта. Он играл с великим Джоном Бонэмом, и мы все тогда сказали: “Джимми, вот барабанщик, который тебе нужен.” Как ни странно, на счет Планта никто особо не был уверен, тот был немного крикуном в то время.