Яд и паутина

   - Переделай. Завтракать будешь только тогда,когда закончишь.

   Подобное наказание не удивило: Алифа заставляла переделывать точно так же, объяснив, что на голодный желудок восприятие намного лучше и повторные ошибки сводятся на нет.

   Снова собрала травы, старательно проговаривая рецептуру, отмыла котёл и налила свежей воды. Снова застучала ножом, одновременно проклиная себя за несообразительность и прислушиваясь к возобновившемуся разговору.

   По отдельным улавливаемым словам, девушка поняла, что здешние маги задёргались из-за опасения потерять тёплое место. В Гильдии мастера превосходили здешних, об этом же постоянно твердила и бабка, рассказывая, что самое серьёзное обучение только в Ордене и никакая другая школа или Академия с ней не сравнится. Но и требования было очень высoки. Чего стоила только пожизненная клятва верности, подтверждаемая специальной татуировкой, опутывавшей запястье!

   Если и впрямь будущий император пожелал заключить договор с Орденом, да хоть о той же охране,то cтарая магистресса оказывалась не у дел.

   Вторую порцию удалось сварить без ошибок,и Яна мысленно поклялась самой себе, что больше никогда не будет лезть с собственной инициативой.

   - Готово? – теперь за шкаф сунулся целитель. Осторожно потрогал бутыль – не горячее ли,и удовлетворённо закивал.

   Подхватив пару бутылей, Диталос шутливо раскланялся с магистрессой и заторопился к себе в лечебницу. Мало ли, вдруг опять пожалуют высокие лорды?

   Завтрак для Яны и впрямь оставили: несколько блинчиков, пара ложек свежайшего творога и в миске под кpышкой молочная лапша.

   Гжета вышла из-за стола, неизвестно зачем заглянула за шкаф, задумчиво перелистала собственную тетрадь. Честно тянула время, пока помощница завтракала, а заодно и обдумывала , в каком порядке лучше показать новенькой дворец.

   Императрица последнее время тоже вставала рано, сказывалось нервное напряжение и беспокойство за наследника престола. Чем меньше оставалось времени до коронации, тем чаще мучила бессонница и головные боли.

   Пока камеристки готовили умывание, а кожа леди Аденицы не терпела прохладной воды, её величество накинула просторный халат и подошла к окну. На паpк открывался чудесный вид, именно за это она и любила свою спальню.

   Старшая фрейлина достала из гардероба тонкую дневную рубашку, серо-голубое платье со светлыми кружевами и оборками, корсет, панье и пару нижних юбок.

   Леди Аденица поморщилась - новую моду, которая, несмотря на её запрет, всё же приживалась во дворце, не любила, считая вычурной. Она более благоволила к строгим нарядам, более похожим на монашеские одеяния, считая, что монархи должны преподносить своим подданным пример скромности и благочестия, а заодно и экономить деньги.

   - Убери, - со вздохом приказала она, - не люблю.

   - Ваше величество, – леди Вириче выпрямилась после старательно сотворённого поклона. - Во дворце новые персоны, не стоит выглядеть монашкой. Это не к лицу государыне, которой вы являетесь .