«Правь, Британия, морями»? Политические дискуссии в Англии по вопросам внешней и колониальной политики в XVIII веке

Борьба политических партий по вопросам военной стратегии проходила в двух направлениях. Во-первых, тори обвинили правительство, что оно уделяло недостаточное внимание испанскому фронту, следовательно, виновно в неудачах союзников на Пиренеях. Во-вторых, тори обвиняли вигов в недостаточном внимании к нуждам флота и неправильном использовании его мощи. Как видим, в позиции тори нашли отражение концепции Рочестера и Нотгингэма, выдвинутые еще в начале войны. Критика стратегии и тактики вигского правительства несколько ослабла в 1704–1707 гг. под влиянием побед, достигнутых Мальборо, и усилилась после 1707 г. Еще больше борьба по этому вопросу обострилась после прихода к власти торийского правительства и в связи с подготовкой общественного мнения к выходу из войны.

После Алмансы в парламенте проходили острые споры о значении фландрского и испанского фронтов. О них сообщал в Россию Матвеев. Сам он считал, что неудачи союзников в Испании связаны с трудностями доставки туда войск и снаряжения: «Хотя королева здесь со Штатами Генеральными всевозможные вспоможения чинят и войск отсюда дополное число на помочь в Гишпанию посылать намерены, однако дальнее расстояние чрез море продолжительное, и не могут пощастится чрез горные и близкие пути. Насупротив же король французский по удобству времени и по самой близости своего королевства с Гишпанией непрерывно от себя посылает войска туды и тем множит» <46>. Напротив, тори видели в поражениях следствие неправильной политики вигов. Во время дебатов в декабре 1707 г. Мальборо сообщил, что существует договоренность с австрийским императором о посылке на Пиренеи австрийской армии под командованием принца Евгения Савойского. Единственную сложность он видел в «обычной медлительности» венского двора. В ответ Рочестер привел слова Евгения, который якобы сказал, что его солдаты скорее предпочтут, чтоб казнили по жребию каждого десятого, чем идти в Испанию <47>. Матвеев также сомневался, что этот план будет проведен в жизнь: «Цесарский двор не склоняется с мнением здешнего, чтоб принц Евгений в будущую компанию имел свою команду в Гишпании» <48>. Обе палаты парламента представили резолюции, составленные под влиянием тори.