Она не умела стрелять

Они очень любили друг друга, но детей не было. Внезапная беременность наступила в совершенно невероятном возрасте. Маме было сорок восемь, папе пятьдесят четыре. Долго решали, жить или не жить Зоечке. Пока думали, избавляться стало поздно. Она родилась в срок и совершенно здоровенькой. Детство и школьные годы были благополучными, богатыми, веселыми. Родители души в ней чаяли, позволяли абсолютно всё. Но почему-то так вышло, что избаловать ее не удалось: не было в любимой дочке ни спеси, ни хвастовства, ни эгоизма. Зоечка отличалась от сверстников какой-то особой созерцательной медлительностью, будто постоянно о чем-то напряженно размышляла. Ее трудно было задеть, вывести из себя, рассмешить или довести до слез – казалось, она была не способна быстро и правильно реагировать, пребывая в собственном параллельном мире. Именно поэтому она сторонилась шумных компаний, не успевая за их сумасшедшим ритмом общения. Одноклассники обходили ее стороной, между собой называя «отмороженной», но Зоечку это никак не задевало. К тому же, будучи отличницей, она охотно давала всем списывать, и это примиряло с ней нетерпимых одноклассников. И только непоседливая Шурочка, обнаружив в Зоечке благодарную слушательницу своих фантастических историй, составляла ей компанию на переменах, шла с ней после школы домой, помогала на субботниках.

Когда после киевской консерватории Зоечка вернулась в родной город и устроилась на работу в музыкальное училище, стареющие родители, отдавшие все силы, чтобы поставить дочь на ноги, как-то вдруг одновременно заболели, будто до этого времени держались, тянулись, зарабатывали, но их жизненный запас, в конце концов, окончательно иссяк. Теперь Зоя стала ухаживать за ними. Вроде и ребята-однолетки предлагали встречаться, и постарше поклонники были, но все свободное время занимала мама – тяжелое прогрессирующее заболевание уложило ее в постель. Зоя читала ей книги, слушала ее истории, рассказывала о делах на работе. Мама постоянно толковала, что дочке нужно найти пару, нельзя столько времени просиживать с больной, есть отец, он справится. Но претенденты на роль жениха почему-то сразу переставали звонить, узнав, что в доме лежачая больная. Зоя ничего никому не объясняла, отношения не выясняла, не обижалась. Воспитанная на книгах, она свято верила, что того, кто ее полюбит по-настоящему, трудности не испугают. Часто, мучаясь бессонницей, она наивно мечтала о том, что вот-вот появится ее единственный человек и поможет, возьмет на свои сильные плечи ее бытовые трудности. Но этого так и не случилось.