Вовка-центровой 2 [оптим. иллюстр.]

Фомин подъехал к обрадованному тренеру и стал рассказывать об низких нагрузках, надо, мол, на выносливость поработать и ещё надо третье звено в атаке создавать.

— Артист, ты талант, спору нет, и тренер у вас был хороший, но давай ты своим делом будешь заниматься, а я своим. Ты будешь тренироваться, как я скажу, и шайбы забивать, а я буду команду тренировать и за неё отвечать. Лады? — Подёргал себя за ухо, видно сдерживаясь, чтобы не наорать на оборзевшего школьника и всё же заорал. — Всё мужики, тренировка окончена. Сейчас лёд заливать будут. Завтра тренировка в восемь. Потом обед и разминка небольшая. В шесть часов игра с ВВС. Сегодня не пить, будет кто с запахом, отправлю нахрен домой и премии лишу. Переодеваемся, моемся, сейчас в столовую «Динамо» повезут.

Фомин стоял пристыженный и оплёванный. В конце тренер разошёлся и даже слюной стал брызгать.

После обеда одноимённого клуба в столовой одноимённого завода Вовки поехали по магазинам. Баулы с экипировкой опять оставили в кабинете у Чернышёва, тренер бы и хотел побухтеть, про «прачечную» устроенную из штаба его, но против приказа целого генерал-полковника даже бухтеть боязно. Единственное, на этот раз Вовки переодели трусы, майки и носки, сложили всё это в сумку, что в комплекте с пальто из остатков шинели и кусочков кожи по эскизу Фомина сшила швея Света ещё в Куйбышеве. По подобию пакета из будущего. Сейчас-то все сумки широкие и не глубокие.

Для нормального житья-бытья не хватало стаканов, заварочного чайничка, да и самого чайника. Стаканов решили взять десяток, мало ли кто в гости завалится. Стоили они два рубля и от десятка не разорятся. В магазине и тарелки были. Простые белые без мадонн и видов Собора Василия Блаженного. Взяли по пять штук.

Всё это фарфорово-стеклянное богатство было с толстенными стенками, не экономят на глине и песке. Сумка предательски потрескивала нитками, и во избежание, пришлось с покупками заканчивать.

В овощном, отстояв часовую почти очередь, добыли начинающую подгнивать морковь, мороженную капусту и грязную, всю в коричневой глине, картошку. Да, ещё пяток начинающих прорастать луковиц. На этом ассортимент благ и закончился. Ни тебе ананасов с манго, ни даже огурцов с помидорами и яблоками. Даже сухофруктов, что Фомин помнил из детства и то не наблюдалось.

В общежитии познакомились, пока на общей кухне пытались сварить овощной суп, с несколькими соседями. Не пацаны желторотые, в звании младше капитана и не оказалось ни кого. Не простая школа, где эти звенящие медалями и орденами, школяры учатся. Под пристальным взглядом седого, несмотря на довольно молодое лицо, капитана, Вовки вымыли овощи и, почистив, стали опускать в закипающую воду.

— Постный суп варганите? — прервал исследование чужого ужина капитан.