Унтер-офицер и другие

— Начнем с того, — обратился Мольнар к собравшимся, — что займем своим батальоном замок.

— Откуда у нас батальон? — удивился прапорщик.

— Командиром второго батальона седьмого егерского полка является подполковник Сомолани.

Однако прапорщик Галфи оказался человеком с трудным характером: прежде чем заинтересоваться планами унтер-офицера, он пожелал выяснить общую перспективу. Может, русские находятся в каком-нибудь километре, более того, может, они с минуты на минуту выскочат из-за деревьев парка и нападут. Прапорщика нисколько не интересовало, где побыстрее достать гражданскую одежду, чтобы, переодевшись, незаметно сбежать. Его голова была занята совсем другими мыслями.

— Прежде чем предпринимать какие бы то ни было практические шаги, — важно начал прапорщик, уставившись взглядом в потолок, — необходимо основательно выяснить, каким образом складывается международная расстановка сил на ближайшее время.

Гашпар в этот момент собирался закурить, но, услышав такие слова, сразу же раздумал. Уставившись воспаленными глазами прямо перед собой, он сунул обратно в карман и сигареты, и спички.

— Международная расстановка сил? — заворчал Мольнар, с трудом сдерживая нахлынувшую на него ярость. — Черта с два!

— Да, конечно. Может, у тебя, унтер-офицер, есть какое-нибудь практическое предложение? Но мы со всеми своими потугами абсолютно ничего не значим. Вот на что я хотел бы обратить твое внимание. Что может зависеть от нас? Да наша собственная судьба и та зависит не от нас, не говоря уж о судьбе нации и всего государства! В общем, если вследствие нашего поражения Венгрия перестанет быть Венгрией…

— А чем же она станет? Японией, что ли?

— Такими вещами не шутят. Если я потеряю надежду разговаривать здесь по-венгерски…

— Извини, что я тебя перебиваю, но на каком же языке можем мы еще говорить?

— Откуда я знаю! Может, на русском, а?

— Не мели чепуху, Эдуард! Кто из нас знает по-русски?

— Со временем научимся.

— Все?

— Очень тебя прошу, дай мне закончить мысль.

— Хорошо, только не мели вздора. Время идет, и нам пора что-то предпринять, а ты тут дурака валяешь.

— Я попрошу!

— Проси сколько хочешь, но ведь в конце концов у меня может лопнуть терпение. Сидя на заднице, ты хочешь заранее угадать, как после войны поведут себя те, кто уцелеет. Ты сначала выживи, тогда и узнаешь!

— Но я всегда привык думать!

— Знаешь, я уже насмотрелся вот на таких умников, как ты. У многих из них голова трескалась от распиравшего ее ума, однако эти умники забывали ложиться на землю, когда в их сторону летела граната или снаряд. Интересно, что ты собираешься делать с нашей нацией? Может, по-твоему, она будет валяться под забором и ждать, пока твоя умная голова что-нибудь придумает? Выходит, зря тебя родители в школе учили, зря деньги на тебя тратили?.. Разве ты не видишь, что все у нас разлетелось в пух и прах, что каждый человек брошен на произвол судьбы? Ты что, ослеп, что ли, черт бы тебя побрал?!