Демон абсолюта

«Публикация «Демона абсолюта», которой пришлось ждать почти полвека, не может полностью насытить ни любителей романов, ни любителей биографий. Несомненно, из нее можно много узнать о Среднем Востоке во время войны 1914 года и о действиях полковника Лоуренса: повествование Мальро явно не делает тусклой эту жизнь, которая сама по себе похожа на роман. Однако даже если она слегка не закончена, и даже если ее трудно отнести к определенному жанру, эта книга поражает своей оригинальностью и интересностью. Не являясь неизвестным шедевром, о котором долго мечтали, обнаруженный текст уже вскоре стал существенным, и не только для любителей Мальро. Рядом с авторскими вариантами, которые свидетельствуют о долгой работе автора и восхищают тех, кто отдает преимущество письму, находящемуся в законченном труде, на первый план выходит автопортрет, осознанный или неосознанный, который Мальро пишет с себя через посредство своего героя. Известно, что между каждым биографом и персонажем, о котором он пишет, в большинстве случаев есть более или менее прямая связь. Между Лоуренсом и Мальро эта связь так сильна, что иногда можно удивиться, спрашивая себя, о котором из двух идет речь. Их жизни имеют достаточно много общих черт, чтобы рассказ о жизни Лоуренса казался рассказом о жизни Мальро. Но то, что может часто вызывать неловкость — это последовательность в его выборе столь близкого к себе сюжета. Он раскрывает себя одновременно слишком много и слишком мало. Объясняя своего героя, Мальро в то же время объясняет и себя самого во всем, что затрагивает его, и его естественная сдержанность от этого, вероятно, страдает. Что до его легенды, которую он, кроме того, пытается изложить, она так отчетливо схожа с легендой Лоуренса, что есть риск принять ее за его легенду: жизнь Лоуренса заканчивается так непохоже, что Мальро об этом даже не написал».