Из духа и оков [ЛП]

Магические хлысты Дурлана выкачали магию из моего тела. И что — то ввели в мою кровь.

Я не знал, что именно, но понимал, что это убьет меня вскоре, если я не выберусь отсюда.

Почему Гаррик пытался мне помочь? Чего он хотел?

— Серый близко, но я могу попытаться вывести тебя.

Я прищурился из оставшихся сил.

— Зачем?

— Потому что никто не заслуживает смерти в клетке.

Я разглядывал его лицо, бледную кожу и темные тени под большими глазами.

Он был раньше в клетке?

Это имело смысл. Похоже, Дурлану нужно было утолять аппетиты, изгонять демонов, и чтобы делать это, может, ему нужен был кто — то в клетке. Если Гаррик был снаружи, а я внутри, может, этого Дурлан и хотел.

Если Гаррик выпустит меня, что это будет означать для него?

— И ты делаешь это по доброте душевной? — спросил я.

— Если я выпущу тебя, тебе придется взять меня с собой. Подальше отсюда, — его голос дрожал, мужчина опустил чашу с водой у камеры, его ладони тоже дрожали.

— Куда забрать?

— К… своему народу. В свое место. Ты там король. Ты можешь защитить меня от Серого.

Я не мог защитить даже себя, судя по ситуации. Я не знал, почему он думал, что я мог защитить его. Или что я хотел.

— Ясно, — я не понимал. Но я не мог выбирать. Может, если это не была ловушка, он сможет меня вывести.

— Скоро вернусь, — он убежал, а я попытался прислониться к стене, кровь собиралась подо мной. Мои раны не закрылись, и никто не промыл их в этот раз. Они хотели, чтобы я умер от недоедания и/или инфекции.

О, да, отличный способ умереть для короля Обскурита. В луже своей крови, а, может, и рвоты, если тошнота не утихнет.

Мои запястья все еще были скованы, я не мог колдовать.

Если Гаррик хотел вытащить меня отсюда, ему нужно было избавиться от них. Потому что мне нужны были мои стихии. Отрезанный от них, я словно потерял конечность. Гадкий вкус во рту был не от чего — то, что мне вводили в тело. Нет, это было от того, что я потерял. В чем нуждался.

Я не успел сосредоточиться, ткань зашелестела, развеваясь, появился Серый. Он стоял снаружи моей камеры, склонил голову в капюшоне.

«Я хотел бы увидеть, кто это, и понять, откуда у него столько сил».

Никто не управлял тенью как стихией. Насколько я знал. Были лишь пять стихий, и только Лирика могла управлять всеми.

Была ли теневая магия?

Нет, я не знал случаев. Если я выберусь отсюда, я поищу. Потому что этот мужчина хотел поймать Лирику. И я не позволю ему это сделать.

Я не любил ее. Не мог. Я ничего не испытывал к ней. Но она была нашим спасением. Она была важной. И я спасу ее. Даже если это погубит меня. Конечно, это казалось ближе, чем должно быть. Не страшно. Я выдержу.

— Вижу, Дурлан повеселился, пока меня не было, — голос Серого был ровным и темным.

Если бы меня искушала сила, это меня заманило бы.

Но у меня была своя, хоть она и была скована.

— Сами знаете, когда кота нет, мыши выходят поиграть.

— Ах, но ты кажешься мышкой в клетке. Кто же хозяин кота? Это важно.