Глаза ведьмы [СИ]

— Правда?

Конечно, Дашке в голову тут же пришла идея приврать, что обещанный сюрприз ей не понравился и таким образом избежать вечернего мероприятия. Катя усмехнулась, словно видела её насквозь.

— Вперёд.

Они быстро пересекли поляну и полезли по зарослям. Сразу же спугнули две большие птицы, похожие на индюков, которые возмущённо заклокотали.

— Тетерева, — не оборачиваясь, сказала Катя. — Вкусные они. Как-нибудь угощу.

— В смысле? Как ты их поймаешь?

— Приманю и шею сверну.

Дашка вздрогнула. Одно дело общипанную курицу в магазине купить, совсем другое — свернуть живой шею.

— Не нужно, пусть живут.

Катя продиралась дальше. Сухие ветки трещали, трава скрипела, бурундуки так и прыскали из-под ног в стороны. Сверху то и дело на голову сыпалась древесная труха. Катю ничего из этого остановить не могло, она только изредка замедлялась, трясла головой, поправляла мешок и двигала дальше.

— Ещё чуть-чуть! Вон за теми кустами. Вот!

Придерживая руками рюкзак, Катя рванула вперёд и выскочила из плена кустов на берег озера. Дашка выбралась следом, потрясла ногой, чтобы отцепить приставшую ветку. Глаза не могли оторваться от озера, к которому они вышли.

Оно было неправильно формы, изогнутое, словно нарисованная капля воды.

Светлое, красивое озеро в опушке из трав и деревьев.

— Раздевайся.

Катя оставила рюкзак с мешком на траве и стала сбрасывать с себя одежду. Вжик — кофта слетела, следом штаны, футболка, кроссовки она с ног просто стряхнула.

— Зачем?

— Так проще.

— Не хочу я раздеваться!

— Ну как хочешь.

Катя уже осталась в одном белье: в серых трусиках и белом лифчике. Она прошла два шага и вступила с берега в воду.

— Иди становись рядом.

Дашка поморщилась, смотря как у Катиных ног со дна к поверхности поднимается чёрная муть.

— Там же тина. Она брр какая противная. Не хочу я в грязь голыми ногами лезть.

Катя не спорила, только недовольно сказала:

— Ладно! Снимай что можешь и становись рядом на траву.

Подумав, Дашка всё же большую часть одежды сняла, кроме белья оставила только футболку. Подошла к Кате и, как велено, встала рядом на берегу.

Кожа у Кати была усыпана родинками. Такие крошечные рыжие пятнышки на белом фоне, особенно густо разбросанные на предплечьях и на груди.

— Теперь открывайся и бери сладу. Много. Не бойся, я остановлю, когда нужно будет.

— Зачем?

— Давай, давай, — Катя словно не слышала. — Делай, что говорю.

Соблазн был велик. Всё равно что сладкоежке предложить зайти в кондитерскую и съесть столько сладостей, сколько влезет.

А собственно, зачем отказываться? Она вроде не на диете.

Дашка закрыла глаза, вздохнула полной грудью. Не было страха, боли или тоски. Всё отдалилось. Весенний солнечный день, лес, где безопасно, а рядом сестра-ведьма. Лучшего и быть не может.

Сашка? Тут же пришёл в голову вопрос. Дашина улыбка померкла, но не исчезла. Наоборот, она решила, что не станет портить такой чудесный день. Сдохнет, но не испортит!