Скандальный брак
- Автор: Джордан Софи
- Язык: русский
- Переводчик: Дамский клуб LADY
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Скандальный брак». Краткое содержание книги:
Спенсер похлопал ее по спине, украдкой поглядывая на Эви.
- Как здесь хорошо, миссис Брукс. И не беспокойтесь. Мне следовало предупредить о своем визите.
- Ай-ай, следовало бы, - пожурила она. Женщина приподняла и крепко сжала обеими руками лицо Спенсера. - Ах, ты только посмотри на себя! Ты же весь в мать. Каким великолепным красавцем ты стал.
Наконец она соизволила обратить внимание на Эви.
- Кого это ты с собой привез?
- Это Эвелина Кросс. Поутру мы с ней отправимся в Шотландию. Чтобы пожениться.
Миссис Брукс всплеснула руками. Не успела Эви толком поздороваться, как эта крупная женщина сгребла ее в свои объятия.
- Ах, девчушка! Я всегда знала, его суженая от нашего паренька никуда не денется.
- Ну, вы, миссис Брукс, полегче! Я бы хотел получить ее обратно целой и невредимой.
Миссис Брукс отступила назад, выпустив Эви из своих проворных рук.
- Простите меня. Я совершенно потеряла голову.
- Мы устали с дороги, миссис Брукс.
- Конечно, - она махнула рукой Мэрдоку, чтобы тот оставил их багаж в покое. - Любезный, предоставьте это дело одному из лакеев и ступайте на кухню. Там вас покормят.
Лучезарно улыбаясь, она подхватила свои юбки и повела Спенсера и Эви в дом.
- Я мигом вас обоих устрою.
Эви украдкой посмотрела на шедшего рядом Спенсера: его лицо сохраняло невозмутимое выражение, одной рукой он поддерживал ее за локоть.
Странно, но она воспринимала эту руку на локте, как нечто естественное. Миленько!
- Повариха приготовит «пастушью запеканку» [7]…
- Ага, я ее прекрасно помню. Ничего вкуснее я не ел.
Миссис Брукс мрачно кивнула.
- Все из-за красного вина. Она добавляет его с избытком.
В холле Эви изо всех сил пыталась не разинуть рот при виде хрустальной люстры. Это шикарное безобразие не поместилось бы ни в одной из комнат ее дома. Она зажмурилась от внезапно появившихся солнечных лучей, словно приветствующих их появление, пробудивших ее от грез и напомнивших, что все это не по-настоящему. Ничего этого на самом деле нет: ни его руки на ее локте, ни его, ни ее… ни их двоих в этом мавзолее, собирающихся вскоре пожениться.
Да и откуда ему взяться-то - этому настоящему? Ведь так? Этот мужчина ее не знал и возможно никогда не узнает. С теми-то увертками и отговорками, что стоят между ними. И уж точно не в брачном союзе, лишь отдаленно напоминающем супружество, да и продлится эта пародия всего несколько месяцев.
Когда они стали подниматься по лестнице, его рука сместилась от локтя Эвелины к талии. Она вздрогнула; лишь одно его прикосновение разнесло ее выдержку в пух и прах. На краткий миг, лишь на долю секунды, Эви захотелось, чтобы все это оказалось правдой, а не притворством. На мгновение она задумалась: а не признаться ли? Может рассказать Спенсеру, кто она такая? И кем не является?
Вздыхая, Эвелина последовала по коридору за миссис Брукс; ее будущий муж горделиво шествовал рядом. Губы Эви безмолвно шевелились, пока она воображала, как произносит те слова: «Я не Линни».
Нет. Она не может рисковать. Она не может себе позволить потерять Николаса. По пути Эви разглядывала пышную обстановку дома. Совершенно очевидно, Спенсер вполне мог отобрать у нее сына [8]. На один судья ему бы не отказал. Особенно в пользу женщины, которая даже не является Николасу родной матерью.
Сохрани она свою тайну - она сохранит и Николаса. Что касается ее брака, она изо всех сил постарается стать Спенсеру хорошей женой. Сколько бы они не пробыли вместе. Если верить Спенсеру, долго это не продлится.
А теперь ей следует сосредоточиться на том, как пережить предстоящую ночь.
Чуть позже тем же вечером Эви взяла расческу и энергично провела по волосам, зацепившись за колтун. Ее отражение в зеркале поморщилось. Тем не менее, она продолжила расчесывать золотисто-коричневое облако волос, пока кожа на голове не зазудела, а пряди не начали потрескивать.
Вероятно, завтра они пересекут границу Шотландии. Завтра они должны пожениться. Завтра Эви добавит очередную ложь к всевозрастающему нагромождению вранья.
Она всегда находила оправдания своему решению занять место Линни. Ведь Николас нуждался в матери, а Линни не могла с этим справиться - только не без поддержки отца и Джорджианы. Однако Эви, по их мнению, щадить не стоило.
Так или иначе, она не думала, что Спенсеру доставит удовольствие узнать, что он собирается жениться на старшей единокровной сестре Эванджелины Косгроу. И не важно, насколько бескорыстными были мотивы ее неискренности.
Не в силах и дальше смотреть на себя, Эви отложила щетку для волос и поднялась со стула. Ей еще не хотелось спать и, потирая руки, она отвернулась от широкой кровати под балдахином.
Что-то бормоча себе под нос и пребывая в твердом убеждении, что где-то поблизости есть библиотека, она схватила свой пеньюар,. Накинув его на плечи, Эви вышла в коридор, намереваясь найти хорошую книгу, чтобы отвлечься.
Спенсер жадно наблюдал за Эви из своего тайного убежища в «вольтеровском кресле» [9], стараясь не спугнуть ее, ненароком обнаружив свое присутствие в библиотеке, и одновременно попивал бренди.
Он затаил дыхание, когда Эви встала на цыпочки, потянувшись за стоявшим на книжной полке тонким томиком. Он никогда не видел ее распущенных волос и упивался видом волнистых прядей, касавшихся кончиками округлых изгибов ее ягодиц. В неярком свете ее волосы мерцали, словно мед под лучами солнца. Ладони Спенсера горели от непреодолимого желания зарыться в эти густые локоны. Отблески тлеющих угольков в камине прекрасно обрисовывали ее силуэт. Он пожирал взглядом высокую грудь, просвечивавшуюся сквозь пеньюар. Изящный вид ее грушевидной попки был и подавно соблазнительным. Ладони ныли от возбуждения - вот бы самому потрогать эти формы.
Спенсер шевельнулся, поглаживая себя через халат. Это уже ни в какие ворота не лезет: тверд как камень. И от того, что он почти голый, никакого толку. Стоит лишь дернуть за пояс халата, и он освободится от него. Стоит сделать всего один шаг, и он окажется прямо позади нее, отделяемый от нее лишь тонким хлопковым пеньюаром. А приподняв подол, он мог бы прижаться к ней всем телом и потереться об ее очаровательно-круглую попку.
Держа книгу в руках, Эви опустилась на пятки, перелистывая страницы. Ее ягодицы подрагивали - невероятно чувственно. Решительно кивнув, она повернулась, намереваясь уйти.
Этого Спенсер был не в силах вынести. Ну, уж нет!
- Не спится?
Она слегка вздрогнула от неожиданности и выронила книгу себе под ноги.
- Спенсер. Я тебя здесь не заметила.
Пламя камина осветило ее лицо. С распущенными волосами она выглядела по-другому. Моложе. Свежее лицо казалось нежным и куда менее чопорным.
- Тебе давно следовало быть в постели, - проворчал он. - Завтра нам предстоит долгий день.
- Я могла бы тебе сказать то же самое.
Спенсер поднес бокал к губам и сделал щедрый глоток, наслаждаясь обжигающим прикосновением спиртного к глотке. Эви с опаской посмотрела на него, ее взгляд блуждал вдоль его вытянутых перед собой ног.
- Я скоро лягу, - он жестом указал на стоявший подле него маленький палисандровый столик [10]. - Хочешь выпить?
Спенсер перегнулся через подлокотник и наполнил стоявший на подносе пустой бокал.
- Может, это поможет тебе заснуть.
Она открыла рот, чтобы, как он предположил, отказаться, но потом притихла. Удивив его, она только пожала плечами и шагнула вперед, чтобы принять бокал. Их пальцы соприкоснулись, между ними словно искра проскочила.
Шумно вздохнув, она опустилась в кресло напротив него, стиснув бокал обеими руками, и осторожно отпила глоток.
[7]Пастушья запеканка - блюдо из картофеля и бараньего фарша.
[8]Парламентская реформа 1832г. утвердила определенное социальное положение женщины. Впервые в английской истории в законодательном акте появился термин «male person», использование которого позволило парламентариям лишить женщину возможности участия в выборах, мотивируя это тем, что граждане, чьи интересы являются частью интересов других граждан (male persons), должны быть лишены политических прав. В категории таких граждан оказались дети, а также женщины, чьи убеждения всегда должны были соответствовать убеждениям их отцов или мужей. Последнее означало абсолютную зависимость женщины не только юридически и экономически, но и политически. Женщина была во всех смыслах созданием зависимым, в особенности замужняя женщина, чье имущество, доходы, свобода и сознание едва ли не целиком принадлежали мужу. По закону, права замужней женщины были такими же, как и у ее детей. Закон рассматривал семейную пару как одного человека. Муж нес ответственность за свою жену, и должен был по закону ее защищать; жена должна была повиноваться ему. Собственность, которая принадлежала ей в девичестве, теперь переходила в распоряжение мужа, даже в случае развода. Доход жены также полностью принадлежал мужу, так же, как и право на опеку детей в случае чего отходило отцу. Он был в праве запретить любые контакты между матерью и детьми. Жена не могла заключать контракт от своего лица, ей требовалось согласие мужа. Однако были и плюсы. Например, жену не могли наказать за такие правонарушения, как воровство, так как считалось, что она действует по науськиванию мужа. Невозможно было обвинить женщину и в том, что она обокрала своего мужа, так как перед законом они были одним лицом.
[9]“Вольтеровское кресло”- широкое, глубокое кресло, высокая спинка которого сверху имеет характерные выступы. Подобный тип сидений для пожилых людей появился в конце XVII века, в годы царствования Людовика XI. Однако в самой Европе такое кресло именовалось по-иному: то “крылатым”, то “дедушкиным” (grandfather chair) Кресло имеет очень высокую и широкую спинку, выступающую своими мягкими кожаными крыльями немного вперед. В XVIII веке такое сидение хорошо спасало от сквозняков, и благотворно влияло на склоняемость головы ко сну, поэтому-то и было излюбленным местом престарелых глав семейств. Чтобы легче представить себя дедушкины ощущения, можно испытать его современную модификацию - сидения в салоне аэробуса. Название «вольтеровское» характерно только для… России. Да, происхождение этого названия связано с именем Франсуа-Мари-Аруэ де Вольтера - выдающегося французского философа и писателя. А формы самого кресла хорошо видны на портретах второй половины XIX века.
[10]Палисандровое дерево (палисандр) - красиво окрашенная древесина некоторых южноамериканских видов деревьев рода жакаранда семейства бигнониевых. Высоко ценится как прекрасный материал для изготовления дорогой мебели и различных предметов роскоши; в дорогих отделках его употребляют совместно с металлом, что увеличивает естественную красоту дерева; главным образом, идет для оклейки корпуса роялей и пианино, изготовляемых из мелкослойной сосны. Древесина очень твердая, плотная, мелковолокнистая и пористая; цвет ее составной, и в зависимости от преобладания того или другого цвета получаются различные оттенки; в большинстве случаев преобладает темный коричневый цвет с фиолетовым отливом, рядом же находятся более светлые и более темные жилки. Полируется трудно, но полировка значительно увеличивает красоту дерева; если полировка производится не тщательно, то палисандр со временем темнеет или даже совершенно чернеет. Потертое суконкой палисандровое дерево издает очень приятный запах, похожий на запах пармских фиалок; в продаже иногда называют его фиалковым деревом, жакандрой или якарандой.